Глава 14. 14. Облетают красные цветы, минуя качели

Лэн Юэхуань исчезла на несколько месяцев. Опустевшие качели замерли, и никто не садился на них, пока в саду не развеялся аромат корицы и не опали пожелтевшие листья. Лишь тогда она вернулась, прижимая к груди длинный меч.

— Где ты была? И чей это меч? — спросил Фу.

Стояла глубокая ночь. Фу сидел на коньке крыши собственного дома, держа в руках чашу небесно-голубого цвета. Его длинные рукава развевались на ветру, пока он в одиночестве пил вино, глядя на серп луны. Под слоем темной черепицы, в своей спальне, крепко спал Ле Чэнчи, видя сны о звёздном небе. Мальчик и не подозревал, что его приёмный отец снова забрался на крышу, чтобы тайком выпить и поиграть в благородного затворника перед ликом луны.

— Это его меч, — ответила Лэн Юэхуань.

Крепко обнимая ножны, она в несколько легких прыжков взобралась на крышу и встала перед Фу. В лунном свете её меч и ночной небосвод отражали друг друга холодным блеском.

— В деревне Чжу, что к югу от города Цзинью, я встретила одного даоса, — она присела рядом, не выпуская оружия. — Этот наставник на редкость нелюдим и молчалив. Он холоден, словно заснеженная вершина горы Сімэй, где снега не тают тысячу лет, а птицы и звери — редкие гости.

— Звучит не очень заманчиво, — отозвался Фу.

Лэн Юэхуань метнула в него сердитый взгляд и добавила: — Зато он невероятно хорош собой.

— Не забывай, что ты — демон, а он — даос. Вы заклятые враги.

— У него тонкие брови, а глаза цвета холодной туши. Когда он стоит — он подобен далёкой горе, когда идёт — порыву ветра. Ну как он может быть обычным смертным? Наверняка он сосланный небожитель, — Лэн Юэхуань словно и не слышала предостережений. Она продолжала говорить о своём «белоснежном принце», и уголки её губ приподнимались в улыбке всё сильнее.

— Всего лишь смазливое личико? Глупая девчонка, тебя так легко поймать на крючок, — Фу покачал головой и сделал еще глоток вина.

— Я встречала не тысячу, так восемь сотен мужчин, разве меня легко обмануть?! Когда я впервые увидела его, он проходил мимо с футляром для меча за спиной. Лицо его было бесстрастным, а меж бровей залегла едва заметная тень раздражения, будто он уже вдоволь насмотрелся на белые волны мирской суеты, — она подперла щеку рукой, глядя на луну и перечисляя достоинства незнакомца, как свои самые ценные сокровища.

— Тогда я подумала: этот даос, должно быть, ни к кому не привязан. Но есть ли в этом мире хоть кто-то, способный заставить его сердце трепетать?

— Ты разбиваешь мне сердце. До сих пор даже не взглянула на качели, которые я для тебя сделал, — притворно вздохнул Фу. Он налил ещё чашу и указал вниз, на дерево корицы в саду.

— Ой, слишком темно, я и не заметила! — Лэн Юэхуань спрыгнула с крыши, не забыв прихватить меч.
Она с любопытством уселась на качели и крикнула Фу: — Огненный лис, иди-ка подтолкни меня!

Фу из жадности осушил целый кувшин вина и только потом, пошатываясь, спрыгнул вниз. Он оперся руками о стойки качелей прямо перед лицом Лэн Юэхуань, словно заключая её в объятия. Девушка с улыбкой коснулась пальцами его подбородка, поглаживая и слегка щекоча. Её глаза сузились, став похожими на два полумесяца.
— Сегодня ты тоже недурен собой. Вот только выпил столько, что даже одежда в беспорядке. На ум приходит лишь одно выражение.

— Какое же?

— Пьяная яшма, клонящаяся гора.

— Госпожа Лэн повидала многих, уж она-то знает толк в истинной красоте, — довольно усмехнулся Фу.
В полузабытьи он начал медленно раскачивать качели под серебристым светом луны.

— Это уж точно, — Лэн Юэхуань болтала ногами, всё еще прижимая к себе тяжелый меч.

Рукоять меча была длинной, и при движении вперёд она ткнула Фу в живот. Тот медленно опустил взгляд и по-детски толкнул рукоять в ответ.
— Береги себя. Смотри, чтобы какой-нибудь прохвост не обманул тебя, когда выйдешь за порог.

— Не беспокойся. До сих пор я не встречала прохвоста хуже тебя.

— Если... — Фу выпил слишком много, и его речь стала неразборчивой. — Если однажды тебя кто-то обидит, приди к этому дереву. Пройдет сто лет или тысяча — оно будет здесь. Жди меня под ним, и я вернусь, чтобы выпустить пар и проучить твоих обидчиков.

— Ого, звучит так, будто ты великий мастер?

— Сейчас ещё нет. Но когда я совершу прорыв и стану Верховным бессмертным, превращусь в Небесного лиса — вот тогда моя сила будет велика. Невероятно велика.

— У меня нет ни малейшего желания заниматься культивацией. Так что ты старайся за двоих. Одного Небесного лиса на весь наш род будет вполне достаточно.

Он тихо хмыкнул, принимая это как должное.

— Ой, почему горит свет? А-Чи ещё не спит?

Фу привалился к дереву и с трудом сфокусировал взгляд. Он облизнул губы, чувствуя, что вина ему всё ещё мало.
— Не знаю. Только что было темно.

— Пей дальше, а я пойду посмотрю на него.

Лэн Юэхуань знала, что этот пьянчуга не остановится, поэтому оставила его и направилась в дом. Фу и не подумал идти за ней.

Она вошла в комнату совершенно бесшумно. Ле Чэнчи ничего не заметил — он возился под одеялом, которое вздымалось, словно маленькая горка. Улыбнувшись, Лэн Юэхуань резко откинула край одеяла. Мальчик вздрогнул от неожиданности, его лицо мгновенно побледнело.

— А-Чи, чем это ты тут занимаешься?

— Ни... ничем.

— А ну-ка, покажи сестрице, что ты там прячешь под животом?

— Да ничего там нет...

С ехидной улыбкой Лэн Юэхуань «атаковала» его, выхватывая твердый предмет, спрятанный под нижней рубашкой. Прежде чем мальчик успел опомниться, она уже вовсю его рассматривала.

— Что это за штуковина? — Она с любопытством вертела в руках неровный деревянный брусок, не в силах понять, что это должно быть.

— Сестрица Лэн, это... это лиса. Не очень похоже, да? Я просто не умею пользоваться резцом, — Ле Чэнчи покраснел то ли от духоты под одеялом, то ли от стыда. Голос его был тихим, как писк комара.

— Хм... это подарок для папы?

— Откуда ты знаешь?

— Твой папа и сам как... — Лэн Юэхуань осеклась. Она долго всматривалась в лицо Ле Чэнчи, прежде чем продолжить: — Он улыбается точь-в-точь как лис.

— Только не говори папе. Если он узнает, что я стащил его дерево и резцы, он будет ругаться, — Ле Чэнчи забрал фигурку и спрятал её в шкатулку вместе с инструментами.

— Да с чего бы? Всего лишь пара деревяшек. Но не волнуйся, пусть это будет нашим маленьким секретом. Он ничего не узнает.