Мокрые от слез голубые глаза медленно моргнули, и скользнули по моему лицу. В них читалась наивность и невинность. Сейчас Нора был тенью того опасного и мрачного человека, которым он станет в будущем.
Смутившись собственных мыслей, я подумала о том, что рассуждаю, как дама преклонного возраста.
— Почему каждый раз, когда я вижу тебя, ты кажешься такой грустной?
— А?
— Видит Бог, это не то, что я должен говорить, но… Несмотря на твой гордый вид, в твоих глазах прячется печаль. Я знаю, что еще юн, но ты можешь не сдерживать передо мной свои слезы.
Он пытается меня поддержать или за его словами кроется сарказм? Откуда я возьму время на то, чтобы плакать перед ребенком? Но, что еще важнее, почему дети в наши дни такие чудные?
— Возможно это нагло с моей стороны, хотя я так не думаю.
— Твои слова звучат слегка бесстыдно.
Юный гордый волчонок вмиг приободрился, словно это не он только что рыдал, и протянул руку. Немного заколебавшись, я все же приняла его помощь и встала на ноги.
— Благодарю за поддержку, — вздохнул Нора. — Пожалуйста, пожелай мне удачи.
— Удачи?
— Сейчас я должен пойти домой и поговорить с отцом. Если мне удастся выжить, я окажу тебе все почести.
— Что такого ты хочешь обсудить?
— Ничего особенного. Это всегда одно и то же. В любом случае, не переживай, это мои проблемы, а не твои.
Несмотря на его уверенный тон, я не могла не волноваться. Конечно, я понимаю, что неуместно вмешиваться в семейные дела других людей, но…
— Эй, Нора, я уже это упоминала, но скажу еще раз. Если тебе захочется с кем-нибудь поговорить, ты можешь прийти ко мне в любое время.
На мои слова юный Нюрнберг ничего не сказал, однако на его губах расцвела улыбка.
Я сделала все, что было в моих силах.
Через несколько дней выпал первый снег и рождественский банкет был не за горами.
В Рождественское утро дети, стоило им проснуться, тут же поспешили к елке, потирая сонные глаза.
То, как расширились изумрудные глаза близнецов от восторга, когда они увидели гору подарков, было прекрасным зрелищем.
Неужели Санта-Клаус чувствует себя точно также, когда приносит подарки хорошим детям?
Впрочем, уже давно прошло то время, когда я верила в его существование. Элиас и Джереми тоже уже выросли из этого возраста, а потому были решительно настроены на то, чтобы подразнить близнецов.
Ах, если они продолжат в том же духе, вся рождественская атмосфера раствориться в небытие.
— Вау! — Леон едва ли не сиял от счастья. — Только посмотрите на это! Наверно, Санта-Клаус узнал, что в этом году я был хорошим мальчиком!
— Кто это тебе сказал? И вообще, ты все еще веришь в эту ерунду?
— Что?! Да ты просто завидуешь, что тебе не подарили подарок! Это потому, что ты плохо себя вел!
— Кто это тут завидует? У меня тоже есть рождественский подарок, который мне подарил фальшивый Санта-Клаус, вон она стоит.
— Мама! Почему они говорят, что Санта-Клауса не существует?!
Сложив руки на талии, я сердито посмотрела на старших сыновей и сказала:
— Джереми, Элиас, почему вы дразните брата и сестру? Если хотите получить свои подарки, то ведите себя хорошо.
— Я просто хочу, чтобы они поскорее познали суровую реальность. Разве это нормально всю жизнь оставаться в дураках?
— Просто отлично! Но, наверно, было бы лучше, если бы я стал таким идиотом, как ты!
Джереми, с ухмылкой на лице, обменялся взглядами с Элиасом, неловко почесал затылок и принялся помогать близнецам разворачивать подарки.
— Джереми, кажется, это твое?
— Что? Э-э-э… Что это?! — удивленно воскликнул Джереми, разглядывая подарок.
То был специально выкованный меч, которому предстояло стать легендарным — длинный меч Лангнес с белоснежной рукоятью, отделанной золотом и рубином.
Когда Роберт увидел цену, его челюсть упала в буквальном смысле.
Джереми умело вытащил меч из ножен, внимательно осматривая каждый дюйм ослепительного лезвия, а затем восторженно посмотрел на меня. Это было так нехарактерно для него, что я не смогла сдержать смеха.
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|