Тогда
Катерина сжимала в ручках огромные вилы, Эд – лопату. Шаг за шагом дети крались к земляному холмику под старым деревом. Ствол у него был такой корявый, будто его сплели из окаменевших канатов.
– Говорю тебе, это вход земляных фей. У них там целое царство под вашей фермой, – шепотом твердил мальчик.
– А я уверена, что это домик гигантского крота!
– Гигантских кротов не существует!
– Это земляных фей не существует!
В метре от холмика дети замерли, прислушиваясь. Эдвард замахнулся лопатой.
– Что это вы делаете? – спросил подошедший сзади Клифф.
Катерина злобно на него шикнула.
– Тише, гигантского крота спугнешь!
– Ты хотела сказать, земляную фею, – встрял Эд, но встретившись с непонимающим взглядом Марли, покраснел и опустил лопату.
– Кого-кого? – переспросил Клифф. – Вы вроде тут старшие, а ведете себя, как маленькие дети. Мы же на пикник пришли.
Марли молча подняла на общее обозрение корзинку с едой.
– Я помогу накрыть! – Эдвард бросил на землю лопату, выхватил у девочки корзинку и побежал к расстеленному на траве пледу.
– Эй... А как же... фея?
Катерина удивленно опустила вилы и посмотрела вслед удаляющимся друзьям. Трое ее спутников уже сидели на пледе и жевали сушеные яблоки с орехами. Они отлично подражали взрослым в их светских беседах. Катерина же любила играть. Она больше сверстников знала о растениях и животных, о хозяйстве, читала больше книг, но она верила в гигантских кротов и земляных фей, потому что это было весело. Потому что раньше она даже не думала стесняться таких вещей.
Еще вчера они с Эдом бегали по полю, скрываясь от воображаемой погони злых духов, а сегодня он стыдится этих забав и строит из себя взрослого. Что изменилось?
Ласкаемые полуденным солнцем и легким ветерком, дети обсуждали не загадки окружающего мира, не таинственные истории или новые открытия, а взрослых, их скучные дела.
Клифф не без зазнайства рассказывал о новом аппарате отца. По его описанию пыхтящая и клокочущая штука размером с дом с помощью фьюма определенного сорта на глазах превращала воду в вино, а скошенную траву в курительный табак. Может Марли и слушала рассказчика с интересом, но Катерина в такие вещи не верила. Она-то знала, как работают все устройства на их ферме. При всех известных ей свойствах фьюма превратить одно вещество в совершенно иное чистой наукой невозможно. Так что либо у Раддов на службе появился одаренный маг, либо... Катерина потеряла нить размышлений.
***
Эстела открыла аптеку с опозданием на десять минут. Растирая сонные глаза, девочка перевернула табличку на входной двери на «Открыто» и тут же была атакована гневным взглядом посетителя.
– Недопустимо для аптеки открываться позже или закрываться раньше! – возмущенно заявил пожилой мужчина. Наверное, он был настоящим знатоком аптечного дела, потому что продолжил еще более командным тоном: – Обеспечивать народ лекарствами, а значит средствами выживания – вот основная задача аптек. Истинно благородные заведения работают круглосуточно! Круг-ло-су-точ-но, а не заставляют клиентов томиться у порога. Возмутительно!
Он стукнул по столу кулаком с бумажкой рецепта. Пробормотав сухие извинения, Эстела разгладила мятую записку и поплелась на склад за настойкой от облысения. Девочка отсчитала сдачу, распрощалась с возмущенным покупателем и без сил прильнула к стене.
Она почти не спала этой ночью. Прошлой ночью и несколькими ночами до нее она тоже почти не смыкала глаз. Пора было что-то с этим делать.
Родители снова уехали до открытия аптеки и даже не попрощались. Их будто и не было вовсе. Мама не приготовила для нее завтрак, а отец не привезет вечером гостинец.
Аптеку открой, клиентов обслужи, порядок наведи, порошки намели... И ноль благодарности.
Эстела мечтательно посмотрела в окно. Родителей не будет до самого вечера, а значит, она успеет намешать много «Колыбели», как называли этот порошок ее новые знакомые. И когда тут спать? Только начнется дождь и закроются аптечные двери, Эстела выберется через окно на крышу соседнего дома, с нее перепрыгнет на другую, пробежит по теплым лужам два квартала и спустится в подземный мир.
Девочка чувствовала себя избранной. Она была посвящена в тайны Соблюстриума, о которых не знали даже такие ученые взрослые как ее родители. Профессоры, фармацевты... Думают, что такие умные, а даже не видят, что происходит рядом с ними. Даже не догадываются, что у их дочери появились настоящие друзья. Сплоченная компания, где каждый горой встанет на защиту друга, где товарищей ценят и уважают.
У Эстелы даже появились карманные деньги. Она назначила копилкой старую жестяную коробку от шприцов – складывала туда свои сбережения. Она еще не знала, на что копит, но уже мечтала о кожаном браслете с медными подвесками как у Серой и молеонки Лоры. Так сильно ей хотелось стать частью их немного дикой, но сплоченной стаи.
***
Ранним утром Катерина пошла в сарай за ведрами и наткнулась там на Эдварда. Мальчишка спал на мешках с удобрениями. При появлении Катерины он приоткрыл один глаз, широко зевнул.
– Надушилась что ли? – спросил он лениво. – А нет, показалось. Это же навоз воняет. Как я мог перепутать?
– И тебе доброго утра, Эд. Будешь долго спать рядом с навозом, от запаха не отмоешься потом. Ах да, как я могла забыть?! Ты ведь никогда не моешься!
Мальчик рассмеялся:
– Да ладно тебе, принцесса, не дуйся. Самодовольство в гости пожаловало? Позови, когда уедет.
Эд повернулся лицом к стене и демонстративно захрапел.
– Ты что, тут всю ночь спал? – участливо спросила Катерина, разгребая сложенные друг в друга металлические ведра.
– Да, как-то так получилось.
– Мать выгнала?
– Не суть рыба. Потявкались немного. Грит, нече мне с хозяйскими детьми разгуливать, работать надо.
– Ну вот. Теперь я чувствую себя виноватой.
– Брось, Кэт! Когда меня останавливало стариковское бурчание!
Девочка поджала губы. Ее тесное общение с сыном прислуги действительно вызвало много вопросов. Хорошо еще, что мать Марли пока не знала, что ее драгоценная дочка была на пикнике с простолюдином. Уж тут-то точно был бы скандал.
– Мне тоже постоянно напоминают, что я не тем занимаюсь. Мол, пора больше времени уделать учебе, а не работе. Особенно мама так считает. Представляешь? А я хочу учиться. Но я хочу учиться не всему подряд, а тому, что мне пригодится. Папа сказал, что когда-нибудь ферма станет моей, но не сказал, какие знания мне пригодятся. У меня в комнате столько учебников!
– Ну так сиди да читай, чего ты тут возишься?
Катерина упрямо нахмурилась:
– Вот дела сделаю и пойду. Все равно мама спит еще.
– Ну и проблемы у тебя, Кэт! Ты хотя бы знаешь, что мою мать отправляют куда подальше?
– Тессу? Как это отправляют?
– А вот так. Тебе восемь лет уже, опомнись! Она была твоей кормилицей, потом нянькой. Теперь тебе никакой пользы от нее. Мать столько детей родила да вскормила, что здоровье подорвала, в поле работать ей тяжело...
– Как же так?! У нас есть работа не только в поле! Она может помогать...
– Скажи это своим родакам. Они ж и попросили ее уехать. Все. Решено. Я, наверное, вместе с ней. Меня тут и так не жалуют.
С ироничной усмешкой Эдвард повернулся к подруге, чтобы воочию увидеть ее реакцию, но тут же смутился – девочка застыла на месте как большеглазая кукла, которая расплачется, если нажать на специальную кнопку.
– Не реви только. Этого еще не хватало.
– Я не реву. Я... Я... Я поговорю с папой.
И она поговорила с ним. А потом и с матерью. Она смогла убедить родителей, что впредь будет больше времени сидеть за учебниками, а значит Тесса и Эд нужны будут как дополнительные рабочие руки. То была маленькая победа маленькой хозяйки. Последняя ее победа перед долгим и болезненным падением.
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|