Том 1 Глава 45: Возвращение

(обновлено, ред. Иван)

«Дневник Антигонов находился в квартире напротив похитителей!»

Хотя это было очень подозрительным совпадением, Клейн верил, что интуиция его не подводит.

Он немедленно встал с кровати и быстро сбросил старую одежду, в которой спал.

Накинув белую рубашку, лежавшую рядом, он принялся быстро застегивать пуговицы сверху вниз.

«Одна, вторая, третья…» — внезапно он заметил, что одной пуговицы «не хватает», да и левая и правая стороны, кажется, несимметричны.

Присмотревшись, Клейн понял, что с самого начала застегивал рубашку неправильно, из-за чего та перекосилась.

Он беспомощно покачал головой, затем сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, используя некоторые из техник когитации, чтобы восстановить спокойствие.

Надев белую рубашку и черные брюки, он с трудом, но все же обрел достаточную собранность, чтобы прикрепить плечевую кобуру и поместить в нее револьвер, который достал из под подушки.

Не тратя время на галстук, он накинул пиджак, взял в одну руку шляпу, в другую трость и подошел к двери.

Надев низкий шелковый цилиндр, Клейн осторожно повернул дверную ручку и вышел в коридор.

Аккуратно прикрыв за собой дверь в спальню, он, словно вор, почти бесшумно спустился по лестнице и, воспользовавшись пером и бумагой, оставил в гостиной записку. В ней он сообщал брату и сестре, что вчера вечером забыл сказать о неотложных делах в компании, потому сегодня ему нужно прийти пораньше.

Выйдя за парадную дверь, Клейн сразу почувствовал освежающий прохладный ветерок, и все его существо успокоилось.

Улица перед ним была погружена в сумрак и безмолвие, пешеходов не было видно. Лишь свет газовых фонарей тихо озарял окрестности.

Клейн достал из внутреннего кармана карманные часы и со щелчком открыл их. Было только начало шестого, и багровый лунный свет еще не полностью отступил. Однако над горизонтом уже появились проблески света.

Он уже собирался искать кэб, как вдруг увидел подъезжающий омнибус, запряженный двумя лошадьми.

«Омнибусы начинают ходить так рано?» — слегка удивился Клейн, подошел ближе и поднял руку, останавливая его.

— Доброе утро, сэр, — ловко остановил лошадей извозчик.

Сидящий рядом с ним кондуктор, отвечающий за сбор платы, прикрыл рукой рот, зевнув.

— На улицу Заутленд, — сказал Клейн, одновременно доставая из кармана брюк два однопенсовика и четыре монеты по полпенни.

— 4 пенса, — не задумываясь, ответил кондуктор.

Передав плату за проезд, Клейн взошел в карету и увидел, что внутри абсолютно пусто – не было ни единого пассажира. В полумраке никого больше не было видно.

— Вы первый, — усмехнулся извозчик.

Две гнедые лошади тронулись с места и бойко пошли вперед.

— Честно говоря, я не ожидал, что омнибусы ходят так рано, — Клейн сел на место поближе к извозчику и бросил эту фразу просто так, чтобы отвлечься и ослабить внутреннее напряжение.

Извозчик с ноткой самобичевания ответил:

— С шести утра до девяти вечера. А ведь моя недельная зарплата всего лишь 1 фунт.

— А времени на отдых нет? — озадаченно спросил Клейн.

— Раз в неделю по очереди отдыхаем один день, — тон извозчика стал мрачным.

Сидящий рядом кондуктор добавил:

— Мы работаем с шести утра до одиннадцати дня, потом идем на обед и на послеобеденный отдых, а после ужина, то есть в шесть, сменяем коллег… Даже если нам не нужен отдых, он все равно нужен лошадям.

— Раньше даже этого не было. Но некоторые извозчики слишком уставали и допускали непростительные ошибки, из-за чего лошади выходили из-под контроля, а кареты переворачивались. Поэтому и ввели такую посменную работу… В другой ситуации эти кровососы никогда бы не стали такими снисходительными! — фыркнул извозчик.

В лучах рассвета омнибус двигался в сторону улицы Заутленд, по пути приняв всего семь-восемь пассажиров.

После того, как Клейн немного расслабился, он закрыл глаза и начал прокручивать в памяти вчерашние события кадр за кадром, проверяя, не упустил ли он еще чего-нибудь.

К тому времени, когда на небе уже вовсю светило солнце, карета наконец прибыла на улицу Заутленд.

Клейн, придерживая левой рукой шляпу, спрыгнул с омнибуса почти на ходу.

Он быстрым шагом вошел в дом №36, поднялся по лестнице и оказался у входа охранной компании «Терновник».

Дверь была еще закрыта и не открывалась.

Клейн снял с пояса связку ключей, нашел нужный, цвета латуни, вставил его в замочную скважину и повернул с щелчком.

Он толкнул дверь вперед, и та медленно открылась. За ней он увидел темноволосого, зеленоглазого Леонарда Митчелла, который нюхал недавно вошедшую в моду сигарету.

— Честно говоря, я предпочитаю сигары… Ты, кажется, куда-то торопишься? — непринужденно и беззаботно поинтересовался Ночной Ястреб с аурой поэта.

— А где Капитан? — вместо ответа спросил Клейн.

Леонард указал пальцем в сторону перегородки:

— Он в своем кабинете. Как Потустороннему с Пути Бессонного, ему нужно всего два часа сна в сутки. Думаю, это зелье больше всего понравилось бы владельцам фабрик и банкирам.

Клейн кивнул, быстрыми шагами миновал перегородку и вдруг увидел, что Данн Смит уже открыл дверь своего кабинета и стоял в коридоре.

— Что-то случилось? — на нем был черный плащ, а в руке он держал инкрустированную золотом трость. Выражение его лица было спокойным и серьезным.

— У меня снова возникло ощущение дежавю. Должно быть, это дневник семьи Антигон, — Клейн изо всех сил старался контролировать себя, чтобы ответ звучал четко и ясно.

— Где это было? — выражение лица Данна Смита не претерпело никаких заметных изменений.

Однако интуиция подсказывала Клейну, что в нем произошло явное, но невидимое волнение. Возможно, это были колебания духовной энергии или, возможно, перемена в настроении.

— Прямо напротив комнаты похитителей, в том месте, где мы вчера с Леонардом спасали заложника. В тот момент я не обратил на это внимания, и лишь сегодняшний сон напомнил мне об этом, — Клейн не стал ничего утаивать.

— Судя по всему, я вчера упустил возможность внести огромный вклад, — тихо усмехнулся невесть когда подошедший к перегородке Леонард.

Данн кивнул и с серьезным выражением лица отдал приказ:

— Пусть Кенли сменит Старого Нила на посту в оружейной. Старый Нил и Фрай поедут с нами.

Леонард тут же перестал вести себя легкомысленно и немедленно уведомил Кенли и Фрая, которые находились в комнате отдыха Ночных Ястребов. Один из них был Бессонным, а другой – Собирателем трупов.

Пять минут спустя двухколесная карета, принадлежавшая отряду Ночных Ястребов, уже быстро мчалась по еще пустым утренним улицам Тингена.

В своей фетровой шляпе, рубашке и жилете Леонард на время стал кучером и то и дело щелкал кнутом в воздухе.

Внутри кареты с одной стороны сидели Клейн и Старый Нил, с другой – Данн Смит и Фрай.

Кожа этого Собирателя трупов была настолько белой, что казалось, будто он либо давно не был на солнце, либо страдал от сильной анемии. На вид ему было около тридцати лет. У него были черные волосы и голубые глаза, а также высокая переносица и очень тонкие губы. Он источал ледяную и мрачную ауру, и, казалось, от него исходил слабый запах, оставшийся от долгого контакта с трупами.

— Расскажи все еще раз подробнее, — Данн поправил воротник своего черного плаща.

Потрогав спрятанный под рукавом цитрин, Клейн начал с того момента, как принял поручение, и дошел до своего сна. Сидевший рядом Старик Нил усмехнулся:

— Похоже, твоя судьба переплетена с дневником семьи Антигон, раз вы встретились таким образом.

«Верно. Разве это не слишком странное совпадение? Если бы Леонард только что не упомянул, что предварительное расследование дела о похищения Эллиота не показало отсутствие манипуляций со стороны скрытых или мистических сил, то есть, что это действительно обычное преступление, совершенное исключительно ради денег, я бы серьезно заподозрил, что это все кто-то специально подстроил…» — Клейна эта история тоже изрядно озадачила.

Слишком уж подозрительное совпадение!

Данн не высказал своего мнения, словно погруженный в раздумья, а Собиратель трупов Фрай, тоже одетый в черный плащ, как обычно оставался молчаливым.

Лишь когда экипаж остановился и в окне показалось упомянутое Клейном здание, тягостная тишина прервалась.

— Давайте поднимемся. Клейн, ты и Старик Нил идете позади. Будьте осторожны, очень осторожны, — Данн вышел из кареты и достал странный револьвер с необычно длинным и толстым стволом. Он сунул его в правый карман.

— Хорошо, — Клейн и сам не рвался лезть вперед всех.

Дождавшись, пока Леонард найдет человека присмотреть за каретой, пятеро Потусторонних по одному вошли в подъезд и бесшумно поднялись на третий этаж.

— Здесь? — Леонард указал на дверь напротив комнаты похитителей.

Клейн дважды коснулся точки между бровями и активировал духовное зрение.

В этом состоянии его интуиция вновь обострилась, и ему почудилось, что эта дверь ему смутно знакома, словно он уже открывал ее.

— Да, — уверенно кивнул он.

Старик Нил тоже активировал свое духовное зрение и, внимательно осмотревшись, заявил:

— Внутри никого нет, как нет и магических свечений.

Собиратель трупов Фрай хрипло добавил:

— Злого духа тоже нет.

Ему не нужно было активировать духовное зрение, чтобы видеть множество духовных сущностей, включая злых духов и призраков.

Леонард шагнул вперед и, совсем как вчера, нанес удар по дверному замку.

На этот раз раскололись не только окружающие доски, но и сам замок с треском отлетел, грохнувшись на пол.

Клейну показалось, что некая невидимая печать мгновенно исчезла, и тут же в нос ударил резкий смрад.

— Труп, разлагающийся труп, — безразлично констатировал Собиратель трупов Фрай.

Похоже, от тошноты он совсем не страдал.

Данн протянул правую руку в черной перчатке и медленно толкнул дверь. Первым, что предстало перед собравшимися, был камин, от которого, несмотря на июльскую погоду, исходила неестественная удушающая жара.

Перед камином стояло кресло-качалка, в котором, низко склонив голову, сидела пожилая женщина в платье в черно-белую полоску.

Все ее тело неестественно раздулось, кожа почернела и позеленела, лоснясь от вздутия. Казалось, стоило лишь ткнуть – и она лопнет, извергнув гнилое зловоние. А в плоти и гное, в складках одежды, копошились и извивались личинки и паразиты – в духовном зрении они походили на сияющие точки, толпящиеся вокруг угасшего «темного сгустка».

Плюх, плюх.

Глазные яблоки старушки вывалились из глазниц, упали на пол и покатились, оставляя за собой желтовато-коричневые следы.

У Клейна волна тошноты подкатила к горлу. Не в силах больше терпеть мерзкую вонь, он согнулся пополам, и его вырвало.

________________

Собиратель трупов Фрай