Ло Чун приподнялся с земли и ошеломлённо уставился на северную часть леса. Там, между ветвями, металась огромная тёмно-красная тень, с треском ломая бесчисленные ветви и листья. Она с рёвом неслась прямо к лагерю Племени Хань.
У-о-о… Му-у…
Мяско и Серый Холм взревели, глядя на север. Двадцать быков неистово мычали, но не решались вырвать верёвки из ноздрей и могли лишь испуганно реветь на месте.
— Чёрт, за оружие! Быстрее, хватайте оружие! Там чудовище!
Не отрывая взгляда от северного леса, Ло Чун нервно пошарил рукой по земле. Нащупав своё длинное копьё, он обрёл немного уверенности, но ноги всё ещё были ватными, и он так и не смог подняться.
Сородичам не нужны были подсказки — они уже крепко сжимали свои бронзовые копья и, дрожа, сбились в кучу, не в силах выпрямить ноги.
— Ч-ч-что это? Это человек? — заикаясь, спросил Камень, широко раскрыв глаза.
Глоть… глоть…
Но никто не ответил на его вопрос. У всех пересохло во рту, и они лишь судорожно сглатывали слюну. Да, никто не знал, что это за тварь.
Перед ними предстало существо, прыгающее по ветвям. Это был примат, покрытый длинной золотисто-красной шерстью, с длинными конечностями и огромным телом ростом более трёх метров. Его мускулатура была развита до предела: мышцы на руках, ногах и груди бугрились, словно огромные шары. Вероятно, это была гигантская обезьяна.
Вообще-то они не должны были так растеряться, но это была неконтролируемая физиологическая реакция.
Будь перед ними даже самый огромный медведь, двадцать воинов с копьями вряд ли бы его испугались. Но когда видишь существо, похожее на тебя, но в два-три раза больше, с чудовищной силой, сородича, который превосходит тебя во всём, — тут кто угодно обмочится от страха.
Это было просто чудовищное психологическое давление...
— В строй! Быстро, в строй! Защитный круг! — без умолку кричал Ло Чун, приказывая соплеменникам построиться. — Не бойтесь! Этот монстр не человек, он нам не сородич! Убьём его все вместе!
На самом деле, так он подбадривал и самого себя.
У-о-о!
Глядя на стремительно приближавшуюся рыжую гигантскую обезьяну, Серый Холм и Мяско словно увидели заклятого врага. Они пришли в ярость и непрерывно ревели на чудовище, а Серый Холм тут же бросился в атаку.
Бум! Грохот…
В одно мгновение гигантская обезьяна спрыгнула с дерева и с оглушительным грохотом приземлилась — казалось, сама земля содрогнулась. Скрестив руки на груди, она с глухим стуком врезалась в Серого Холма и в первое же мгновение столкновения отшвырнула его в сторону.
"Чёрт, чёрт, скажите мне, что это неправда! Динотерий ростом больше двух метров сбит с ног с одного удара! Этого не может быть!"
Ло Чун мысленно кричал, но факт был налицо: Серый Хом, ростом меньше двух с половиной метров, рядом с рыжей обезьяной не доставал ей даже до плеча, едва дотягиваясь до груди.
Вес рыжей обезьяны тоже был немалым. С такой мускулатурой и телосложением она весила не меньше пятисот килограммов.
К тому же, обезьяна атаковала в прыжке с дерева, так что сбить Серого Холма таким ударом было для неё плёвым делом.
Но, чёрт возьми, как же её победить?..
Серый Холм лежал на земле. Мяско с рёвом бросилась вперёд, но лишь встала перед ним, преграждая путь обезьяне и не решаясь атаковать в лоб.
Связанные дикие быки, стоявшие поодаль, пятились назад. Из их ноздрей, выпускавших клубы пара, уже текла кровь — носовые перегородки вот-вот могли разорваться от натяжения верёвок.
Сбив с ног Серого Холма, гигантская обезьяна повернулась к людям из Племени Хань и разинула пасть, с которой капала вязкая слюна. Четыре клыка длиной в палец зловеще блеснули, и, издав оглушительный рёв, тварь бросилась на них.
У воинов, стоявших впереди, от рёва раскалывалась голова, казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. В ушах звенело, и руки, сжимавшие копья, задрожали.
— Копья к бою! Убить!..
Превозмогая головную боль, Ло Чун с криком первым сделал выпад копьём в грудь обезьяны. Вместе с ним нанёс удар и Силач, самый могучий воин Племени Хань.
Но ожидаемого звука вонзающихся в плоть наконечников не последовало. Обезьяна одним взмахом руки схватила древка обоих копий и вместе с державшими их Ло Чуном и Силачом отшвырнула их в сторону.
Бух… бух… Силач и Ло Чун ударились о стволы деревьев и сползли на землю, едва не закашлявшись кровью.
Схватка длилась одно мгновение. Остальные соплеменники не успели даже нанести удар копьями, как обезьяна развернулась, схватила юношу из Племени Чёрной Крысы за голову и раскрутила его в воздухе.
Раздался отчётливый хруст ломающихся костей — шея юноши была сломана. Держа его за голову, обезьяна использовала тело как оружие и швырнула его в защитный круг Племени Хань.
Глухие удары, звуки падения... Тело сбило с ног семерых или восьмерых воинов, и защитный строй мгновенно распался.
— Бегите! Кха-кха... Рассредоточьтесь! Не вступайте в ближний бой! Отойдите и используйте метательные копья и луки! Быстрее!
Ло Чун поднялся, держась за грудь, которую от удара ломило так, что в глазах потемнело. Он громко приказал соплеменникам рассредоточиться. Ничего не поделаешь — враг был чертовски силён. В лобовой атаке им не выстоять, оставалось лишь нападать издалека.
Одноухий, которого только что сбило с ног тело, тут же вскочил на ноги и, крепко сжав бронзовое копьё, ударил обезьяну в грудь.
Обезьяна только что отшвырнула труп, и её руки ещё не успели вернуться в защитную позицию, оставив грудь открытой. Одноухий нанёс точный удар, но копьё вошло в плоть лишь на половину наконечника, сантиметров на семь-восемь. Обезьяна тут же схватила древко и с хрустом сломала его пополам.
Затем она наотмашь ударила Одноухого, отбросив его в сторону. Острые когти обезьяны оставили на его груди пять глубоких борозд.
За одно столкновение Одноухий получил пять ран, нанеся лишь одну. Он потерпел сокрушительное поражение.
В это время Серый Холм, которого сбили ранее, снова поднялся на ноги. С яростным рёвом он бросился на обезьяну со спины.
— Все, разойдись! — увидев это, крикнул Ло Чун, чтобы соплеменники не попали под горячую руку.
Услышав крик, воины поспешно отскочили в стороны. В тот же миг раздался оглушительный грохот: Серый Холм успешно атаковал обезьяну со спины и отбросил её вперёд.
Обезьяна пролетела пять-шесть метров и рухнула лицом в землю, придавив собой юношу, который не успел отбежать и на несколько шагов.
Как говорится, бей врага, пока он слаб…
Увидев, что обезьяна повержена, Серый Холм, словно обезумев, снова ринулся вперёд. Он со всей силы наступил ей на спину, опустил свою огромную голову и вонзил два серповидных бивня в плечо чудовища. Резко мотнув головой, он с треском оторвал обезьяне руку.
— А-а-аргх!..
Рыжая обезьяна издала душераздирающий вопль и, перекатившись, вырвалась из-под ног Серого Холма. Она тут же схватила один из его бивней и с хрустом отломила его. Серый Холм тоже взревел от боли, и из основания сломанного бивня хлынула алая кровь.
Вжик!
Сверкающее металлическим блеском копьё пролетело через все преграды и вонзилось в другое плечо обезьяны. Наконечник вошёл в плоть на полфута, но тварь тут же выдернула его.
— Братья, в атаку! Она ранена! Ослабела! Быстрее, метайте копья! — крикнул Ло Чун, метнув своё копьё и обращаясь к рассредоточившимся соплеменникам.
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|