Том 2 Глава 264. Собрание пятерых

Если «Шут» – это начало Таро, то «Мир» – его завершение, символ совершенства и возвышения. Назвав свой альтер-эго [Миром], Клейн вложил в это добрый символизм – чтобы начало и конец сошлись воедино.

«Теперь многие вещи, которые мне было неудобно озвучивать, и просьбы, которые неловко высказывать, можно переложить на [Мира]. Это значительно снизит риск подрыва образа [Шута]. Жизнь с фальшивой личностью – нет, со вторым аккаунтом – вот это полноценная жизнь!» — с легким сердцем Клейн мысленно похвалил себя, взмахнул рукой, и [Мир] исчез.

Затем он обернул себя духовной энергией и погрузился в серый туман, вернувшись в реальный мир.

Черный глаз Росаго он оставил в пространстве над серым туманом. Все равно сейчас этот предмет ему был бесполезен, а носить его с собой означало лишний риск – кто-то мог обнаружить артефакт или он мог потеряться.

Убрав ритуальные принадлежности, Клейн поднял взгляд на занавески, сквозь которые пробивался багровый лунный свет, и с нетерпением начал ждать завтрашней встречи.

В вопросах, касающихся аристократии, он был уверен, что мисс [Справедливость] превосходит 99% жителей Лоэна.

А с появлением альтер-эго [Мира] он мог напрямую спрашивать ее о семье Пондов, не беспокоясь за имидж мистера [Шута]!

Конечно, это тоже нужно было делать осторожно, ведь детектив Шерлок Мориарти также искал информацию о семье Пондов. И только получив достаточно сведений, можно было провести гадание над серым туманом.

«Уф…» — Клейн тщательно обдумал план и, расслабившись, повалился спать.

После посещения серого тумана остаточное влияние злого духа, казалось, полностью исчезло. Клейн проспал до рассвета, хотя солнца так и не увидел – снаружи стоял легкий туман.

Он продолжил следовать намеченному плану, посещая остальные публичные библиотеки Бэклунда, но больше не обращался к администраторам и не упоминал семью Пондов, а просто самостоятельно изучал материалы, связанные с аристократией.

В 14:40 Клейн заранее перенесся в таинственное пространство над серым туманом.

В величественном древнем дворце он занял место [Шута] и снова создал на противоположном конце стола, покрытого патиной, марионетку [Мира], привыкая к управлению им.

Спустя несколько минут Клейн достал карманные часы, взглянул на них и послал мысленный сигнал багровой звезде, символизирующей [Солнце], чтобы тот готовился к встрече.

В ожидании членов клуба, Клейн играл с Черным глазом и приладил к нему серебряную цепочку. Затем он обмотал свой новый аксессуар вокруг запястья и прикрыл его рукавом.

В 15:00 в похожем на обитель великанов дворце вспыхнули лучи света, и [Справедливость], [Повешенный] и [Солнце], которые представляли собой лишь расплывчатые, окрашенные в багровые тона силуэты, появились на своих местах.

— Добрый день, мистер [Шут]! Добрый… — [Справедливость] Одри уже собиралась поприветствовать каждого участника собрания Таро, как вдруг заметила незнакомую фигуру в самом конце длинного бронзового стола.

Это был незнакомец в черном плаще с капюшоном, такой же размытый и неясный, как и остальные.

— Кто это? — с любопытством и радостью спросила она, обращаясь к мистеру [Шуту].

«Неужели в нашем клубе появился новый член? Это Сио или Форс? Нет, рост не совпадает… Может, кто-то еще?»

Пока мысли роились в голове Одри, Клейн, небрежно откинувшись на спинку стула, произнес:

— Это новый член нашего Клуба, мистер [Мир].

В то же время, благодаря духовному зрению, усиленному серым туманом, он заметил, что цвета на поверхности астрального тела [Солнца] стали еще чище, хотя и не достигли уровня 8-ой Последовательности. Это указывало на то, что тот полностью усвоил зелье Барда.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась [Справедливость], с любопытством разглядывая новичка.

Сквозь пелену серого тумана ей удалось уловить несколько деталей.

«Мистер [Мир] – человек сдержанный, почти не жестикулирует, его лицо всегда остается невозмутимым… Интересно, откуда он? Из Лоэна, Интиса? Или из Города Серебра?» —задумчиво легонько кивала Одри.

Город Серебра – загадочное место. После нескольких собраний она заметила, что губы [Солнца] не совпадают с его словами, и сделала вывод: вероятно, он говорит не на лоэнском, а то, что они слышат, – результат перевода [Шута].

После того как [Повешенный] Элджер и [Солнце] Деррик поздоровались с [Миром], а новый член холодно ответил им, Клейн посмотрел на [Справедливость] и сказал:

— Те две кандидатуры, которых вы выдвинули, еще находятся на рассмотрении. Я дам вам простое поручение, вы же можете перепоручить его им в качестве проверки.

«Так и должно быть!» — Одри не только не была разочарована, а наоборот, сочла это правильным.

«Каждый претендент на членство в Клубе Таро должен пройти строгий отбор, не всякому дано пополнить наши славные ряды! — с гордостью подумала она, но тут же мысленно добавила, слегка смутившись: — А то, что [Шут] пригласил меня с самого начала, говорит о моей удачливости. Ведь удача – тоже важное качество!»

— Хорошо, пожалуйста, озвучьте задание, — согласилась Одри.

Клейн протянул руку, коснулся стола и материализовал изображение с портретом и описанием внешности Ланевуса:

— Нужно разузнать об этом человеке. Он сейчас в Бэклунде, — сказал он, переместив портрет к [Справедливости].

Одри внимательно рассмотрела молодого человека в круглых очках и с аккуратно зачесанными назад темными волосами, открывающими высокий лоб.

Это был цветной портрет, на котором особенно выделялись карие глаза, полные насмешки. Внизу были указаны дополнительные сведения, включая прежнее имя – Ланевус.

«Простое задание… Значит, цель не слишком сильна. Но раз [Шут] знает о его существовании, значит, в нем есть что-то особенное… Хотя задание простое, за ним может скрываться более глубокий замысел [Шута]. На Его уровне все не может быть так поверхностно…» — мысли Одри понеслись вперед, и лишь через несколько секунд она сказала:

— Я передам это им.

«Хм… У этих двух дам, кажется, много связей в Бэклунде, что очень поможет в поисках Ланевуса», — убедившись, что дело о мести продвигается, Клейн замолчал, намеренно давая альтер-эго возможность проявить себя.

Мистер [Мир] оглядел присутствующих и произнес хриплым голосом:

— Мистер [Шут] уверил меня, что здесь я смогу давать поручения и искать ингредиенты, все верно?

— Да, — элегантно кивнула [Справедливость] Одри. — Но вам придется подождать. Сейчас время чтения мистера [Шута].

«Я выполнила задание "Убить посла Интиса Беккереля", но не стала торопиться и занимать это время…» — с легким намеком на превосходство подумала она.

«Мисс [Справедливость], вы очень ответственно относитесь к своей роли… Позже мне придется поделиться некоторыми знаниями, чтобы окончательно завершить дело с убийством Беккереля…» — с улыбкой отвел взгляд Клейн и посмотрел на [Повешенного].

[Повешенный] Элджер Уилсон, из-за появления нового члена не спешил говорить, сохраняя молчание и наблюдая.

Заметив взгляд [Шута], он поспешно склонился в почтительном поклоне и сказал:

— На этот раз снова шесть страниц. Последнюю я принесу в следующий раз.

— Конечно, — легким кивком ответил Клейн.

[Повешенный] быстро сосредоточился и, вспоминая содержимое, принялся мысленно переносить его на бумагу.

Вскоре он «переписал» шесть страниц дневника, и они мгновенно исчезли, появившись в руках Клейна.

Тот опустил взгляд и пробежался по первой странице:

«9 февраля. У меня появился третий ребенок. Я назвал его Борнова».

«Моей старшей дочери, Бернадетт, очень повезло. Когда она родилась, мы с ее матерью были всего лишь низкоуровневыми Потусторонними, поэтому она может свободно выбирать свой Путь».

«Мой старший сын, Сиэль, напротив – самый несчастный. Он унаследовал ничтожно малое количество потусторонних черт, и все же, он должен следовать моим Путем. Возможно, на 4-ой Последовательности он сможет что-то изменить, но и само достижение высокой Последовательности никогда не бывает легким».

«Мой второй сын, Борнова, – нечто среднее между Бернадетт и Сиэлем. Я дал ему черты, эквивалентные Потустороннему 5-ой Последовательности, что снизило нагрузку на меня, и помогло быстрее усвоить зелье и ускорить продвижение. Только что родившись, он уже Астромант, способный проявлять различные способности».

«Заратул пришел поздравить меня и похвалил Борнову, назвав его милым ангелочком. Я спросил этого мастера предсказаний, каких высот достигнет Борнова, но он лишь усмехнулся и ничего не ответил».

«Тогда я спросил о будущем Сиэля. На этот раз он ответил: "Смерть неизбежна, но это, возможно, к лучшему"».

«Черт возьми, слова Провидцев всегда так туманны, что хочется разжать им рот силой?»

«В конце я спросил о будущем Бернадетт. Он вдруг стал серьезным и сказал, что она будет ненавидеть меня, презирать и отвергнет. А также, что она станет важной фигурой в таинственном мире».

«Иногда действительно лучше не просить о гадании. Я не могу поверить в то, что моя очаровательная и добрая дочурка, которая так старательно заботится о своих братьях, души не чает в отце и любит мать – возненавидит меня, будет презирать и отвергнет. Почему? Из-за чего? Что такого я натворю? Может быть, мне ее возлюбленный не угодит? Какой-то сопляк, которого я в конце концов прикончу?»

«Нет уж, Заратул – не пророк, его предсказания могут быть ошибочными! Забудь об этом, Рассел!»

«Пахнет мыльной оперой…» — мысленно усмехнулся Клейн, дочитав первую страницу.

В то же время в его голове всплыло описание Заратулом будущего Бернадетт: «Важная фигура в таинственном мире».

«О чем это? О мире Потусторонних? Какого уровня нужно достичь, чтобы считаться важной фигурой…» — задумался Клейн и перевернул страницу:

«22 мая. Флорен из семьи Саурон осмелился предложить мне стать его подчиненным! Разве я похож на человека, который станет чьим-то прихвостнем? Его отношение просто невыносимо. Я клянусь, что однажды заставлю его заплатить за сегодняшнюю надменность».

«Однако некоторые вещи, которые он упомянул, весьма интересны и заслуживают внимания».

________________

Одри, Элджер и [Мир]