Глава 42.2 Мама!

Решив, что это был его шанс, Теодор опустил вилку, которую он все это время держал, и осторожно спросил:

— Селфи, у тебя происходит что-нибудь в последние дни? Может, с твоими друзьями в школе?

— Простите?

«Ему обязательно спрашивать настолько прямолинейно?»

Я тихо вздохнула и приложила руку ко лбу.

Селфиус, очень осторожно прикладывающий лед к моему запястью, должно быть, удивился внезапному вопросу.

— Эм, — промямлил он, задумавшись.

Теодор и я в ожидании наблюдали за ним.

Его губы медленно разомкнулись, и он наконец ответил:

— Нет. Ничего такого не происходит.

Разумеется. Он все это время ничего нам не говорил, с чего бы ему внезапно открываться сейчас?

— Вот как, — кивнул Теодор, слегка нахмурившись.

«Вот как? Это все, что он может ответить? Как ему снова поднять эту тему? Это не приводит к ответу ни на один вопрос! Что он планирует делать теперь?»

Я уставилась на Теодора, мысленно атакуя его вопросами. Ощутив мое недовольство, Теодор медленно отвернулся от меня.

Пока мы столкнулись в молчаливой схватке, Селфиус покосился на часы.

— Я приложу лед к вашей руке еще раз, когда вернусь из школы, — тихо произнес он. Ему уже надо было уходить.

Когда он обернулся, чтобы покинуть столовую, я удивила саму себя, схватив Селфиуса за руку.

— Ваша светлость?

— Тебе было нехорошо вчера. Сегодня тебе лучше? Если ты все еще чувствуешь недомогание, то отдохни еще. Теодор тоже считает, что твое здоровье в приоритете.

Я почувствовала внезапную тревогу.

Селфиус опустил глаза на мою руку, которая удерживала его, не понимая, что ему делать. В итоге он улыбнулся.

— Я в порядке.

От его скрытности мою грудь болезненно сдавило. Сколько еще раз я услышу, что у него «все в порядке»? Почему я никогда не задавалась вопросом, правда ли это? Почему ни разу не спросила еще раз, чтобы убедиться, что он не врет? Я подавила все свои переживания и спокойно ответила:

— Тогда, я провожу тебя до школы.

— Вам стоит прежде всего позаботиться о своем запястье. Я могу добраться до школы сам.

Когда я попыталась встать со своего места, Селфиус вернул свою руку обратно:

— Я пошел!

И прежде чем я могла его остановить, он выскользнул из столовой.

— Он убежал, — расстроенно пробормотала я, глядя на дверь, через которую ушел Селфиус.

Все это время я настаивала, что буду провожать его до школы, но он сказал, что может спокойно добраться самостоятельно. Я не думала слишком сильно о его словах, но теперь, зная о произошедшем, я понимала, почему он так себя вел.

«Говорят, для каждого поступка ребенка есть своя причина».

Чувствуя невероятную горечь, я закусила губу.

— Это плохая привычка.

Стоявший рядом со мной Теодор протянул ко мне руку и коснулся моей нижней губы.

— Тебе не нужно кусать губы и молчать. Никто не просит тебя сдерживаться. Просто делай то, что пожелаешь. Ты ведь поэтому вышла за меня замуж, не так ли?

— Делать, как пожелаю?

— Да. Например, — Теодор повернулся в сторону ушедшего Селфиуса, — если хочешь пойти и вернуть Селфиуса, сделай это. Просто последуй за ним. Никто тебя не остановит. Потому что я здесь.

— Но…

— И Селфи, — Теодор медленно вздохнул, — Селфи будет в порядке.

— Откуда ты знаешь? Мы даже не знали, через что он проходит.

— У Селфи есть ты, и ты очень о нем заботишься. Ему станет лучше.

Теодор снова покосился на ранку на моей губе.

— Она все еще не зажила со вчерашнего дня. В следующий раз, когда захочешь закусить губу, укуси вместо нее мой палец.

Теодор спокойно выставил свой палец с непроницаемым лицом.

— А если я действительно укушу его?

— Я же сказал именно это и сделать. Какая разница? Меня просто укусят.

«Не думаю, что смогу его переспорить».

Я посмотрела на палец Теодора перед своим лицом и прикусила его. Я думала, что он удивится, но лицо Теодора совсем не изменилось.

Мы молча смотрели друг на друга.

Теодор поднял другую руку и положил ее на мою голову, осторожно поглаживая ее, пока его палец оставался в моем рту:

— Молодец.

Эм, что происходит? Хоть он и сказал мне сделать это, но получать похвалу за то, что укусил чужой палец, было странно.

Я выпустила его палец и отстранилась.

***

Я набралась смелости благодаря словам Теодора и поехала в школу Селфиуса. Там были и другие дамы, забиравшие своих детей, но, к счастью, с принцессой Далией я не столкнулась.

В отличие от прошлого раза я ждала в карете. Вскоре из здания рекой хлынули школьники. Молодые аристократы бежали к своим родителям и со счастливыми улыбками забирались вместе с ними в кареты.

«Селфиус, должно быть, видел эту картину каждый день, когда уезжал домой один».

Почему я не приехала за ним раньше? Мое сердце болезненно кольнуло.

Я заметила Селфиуса, выходящего из здания академии в одиночестве посреди гудящей толпы ребят. Он выглядел более понуро, чем обычно.

«Селфи…»

Возможно, он не хотел, чтобы я за ним приезжала, потому что не хотел, чтобы я видела его таким. Может он хотел, чтобы я видела только его хорошие стороны.

«Что, если мой приезд ранит его гордость?»

Я сомневалась, открывать ли мне дверь кареты или нет. Все что мне было нужно — это сделать один шаг вперед. Но я не могла себя заставить, опасаясь, что этот единственный шаг ранит Селфиуса.

Он вдруг замер, уставившись на других детей, спешивших к своим родителям. В его глазах отчетливо виднелись одиночество и тоска. Он опустил взгляд и продолжил идти.

Я забыла о любых своих сомнениях и распахнула дверь кареты:

— Селфи!

Он внезапно вскинул голову:

— Мама!

Взгляды остальных устремились в нашу сторону.