Глава 40.2: Хорошие новости (Ублюдок, который заставлял твоего сына называть его боссом...)

— Малыш, как называется место, где ты живешь вместе с мамой и папой?

Генеральный директор Кан аккуратно сложил стопочкой капустные листья. А затем, удовлетворенный их видом, начал мыть один за другим грибы шиитаке. Ему не особо хотелось отвечать на заданный вопрос, но он все же он сказал:

— Домом.

— Получается, что мама, папа и ребенок — члены одной семьи, живущие вместе в этом доме. Папе не платят за готовку дома, маме не платят за готовку дома, так почему же ребёнку должны платить за мытьё овощей дома?

Генеральный директор Кан, угодивший одной ногой в ловушку оппонента, пошел на попятную.

Что ж, за равный труд предусматривается равная оплата.

Неужели перед ним все тот же простодушный большой папа, сумевший обыграть его на практике?

Выслушав ранее рассказ госпожи Сяо Лю о том, как его сын обманул директора детского сада, Юэ Цинь позаимствовал его же приём, и применил на нём его же трюк.

Генеральный директор Кан и не подозревал, что его собственная логика обернется против него.

— Ладно, тогда я не буду требовать оплаты своего труда, — генеральный директор Кан признал своё поражение.

— Малыш, можно папа задаст тебе один вопрос?

— Конечно, если смогу, я отвечу на него.

— Ты помнишь бывшего начальника папы? — спросил Юэ Цинь, уточняя: – Того, к которому все обращались «господин Кан» и льстили на том празднике?

Генеральный директор Кан в замешательстве замер: он плохо помнил ту ночь. Он был пьян, и все, что он мог вспомнить, — это увольнение главы отдела безопасности. Конечно, главной причиной было то, что этот человек не подчинялся его приказам.

— Малыш? — увидев, как сын нервно замер, Юэ Цинь окликнул его.

— Я не помню, — генеральный директор Кан не хотел вспоминать ту ночь и старался избегать этой темы. — Папа, мы можем больше не говорить о той ночи?

— Хорошо, папа не будет поднимать эту тему. Но если мой сын захочет поговорить с папой о той ночи, папа всегда будет рядом.

Однако настроение генерального директора Кана испортилось, и он ещё раз дважды помыл все овощи, тчобы успокоиться.

Перемыв все овощи, он поймал во взгляде большого папы похвалу.

Генеральный директор Кан не знал, как уживаются отцы и сыновья в других семьях, но был уверен, что не так, чтобы один из них готовил, а другой мыл овощи.

Кухня была убрана, белый мрамор излучал теплый свет, а пламя газовой плиты посвистывало, настраивая домочадцев на уютное настроение.

В этот момент генеральный директор Кан остро ощутил, что всё это ему не принадлежит. Он не знал, почему оказался в теле этого ребенка.

Но он знал, что все это не принадлежит ему.

Большой папа нарезал говяжьи рулетики на ломтики, разложив их аккуратно на тарелке.

— Малыш, ты сегодня какой-то рассеянный. Ты скучаешь по маме? Она работает сегодня допоздна, но скоро вернется.

Господин Кан глянул на большого папу, вытер руки и пошёл на выход из кухни. Ему вдруг расхотелось здесь оставаться.

— Папа, я пойду поиграю в комнате.

— Конечно, иди.

Большой папа в это время отрезал еще один кусок от большого куска свинины. Свинина, по-видимому, была до этого заморожена и еще не полностью оттаяла, поэтому при отрезании куска издавался скребущий звук.

На сердце генерального директора Кана тоже скребло. Сделав несколько шагов по направлению из кухни, он заметил, что большой папа пристально смотрит на него.

Из глаз большого папы струилась какая-то такая нежность, такая безусловная любовь, как будто она никогда не могла причинить ему никакого вреда.

Он вдруг вспомнил ту ночь, когда впервые улизнул из дома, а его большой папа взял его с собой таксовать по городу. Он вдруг вспомнил ту припозднившуюся девочку, которая сначала испугалась его такого большого отца, когда только села в машину, но, увидев его ласковый взгляд, сразу же расслабилась.

Он действительно любил, даже обожал своего ребенка.

Молодая пара очень любила своего ребенка.

Они были бы очень огорчены, если бы узнали, что их ребенок пропал.

Генеральный директор Кан тяжело вздохнул. Его первоначальный план о том, чтобы найти способ самостоятельно вернуться в собственное тело был отложен в сторону. Сначала он должен бал найти их настоящего сына.

Во-первых, возможно ли такое, что настоящий малыш Канкан все это время был с ним в одном теле? Что-то вроде раздвоения личности?

Господин Кан снова вздохнул и принялся обыскивать комнату. Он собирался порыться в старых вещах ребенка, чтобы понять, сможет ли он растормошить другого человека в этом теле.

Одна стена кабинета была увешана множеством фотографий — от подростков в сине-белой школьной форме до свадебного фото мужчины и женщины и фото семьи из трех человек, держащих ребенка на руках, начиная с фото, где ребенок был совсем маленьким и до тех пор, где уже подрос.

Молодая пара всегда была рядом с ребенком. Рассматривая фотографии, господин Кан постучал себя по голове и прошептал:

— Эй, ты внутри?

Никакого ответа не последовало! Похоже, простого рассматривания фотографий для стимуляции другого было недостаточно. Что же он должен был сделать, чтобы определить, есть ли в этом теле другая дремлющая душа?

Господин Кан и подумать не мог, что однажды задумается над таким метафизическим вопросом.

Цзынь… цзынь… цзынь…

Рядом с ним зазвонил телефон большого отца.

— Папа, у тебя звонит телефон.

— Можешь ответить на звонок? Скажи, что я перезвоню позднее, — Юэ Цинь поджаривал мясо до хрустящей корочки и не мог никак отойти прямо сейчас.

Господин Кан поднял трубку и увидел контакт звонившего.

[Старина Лю].

Как только он ответил, на другом конце раздался радостный голос:

— Брат Юэ, у меня для тебя хорошие новости. Группа компания «Feiyue» собирается провести собрание совета директоров, чтобы избрать нового генерального директора. Этому ублюдку, который заставлял твоего сына называть его боссом, недолго осталось быть директором.