Глава 3.2 Брат Цзян Ван.

Наступил четвертый урок — английский язык.

Учительница английского вошла со стопкой тетрадок, в которых писали утренний диктант, и дважды постучала мелом по доске.

— Этот диктант разве был сложным? Всего двадцать пять слов! А некоторые ухитрились ошибиться в восемнадцати! Да ваш уровень интеллекта можно заносить в Книгу рекордов Гиннесса!

Она швырнула стопку на трибуну и открыла журнал:

— Хочу отметить тех, кто написал без единой ошибки — Хуан Яо, Чэнь Цзи… и Ши Няньнянь.

Потом начался разбор заданий, которые надо было выполнить летом. Цзян Ван все это время спокойно спал.

— Так, Ши Няньнянь, переведи вот это предложение с доски, — вызвала ее учительница.

Она поднялась, пробежала глазами, мысленно перевела, повторила про себя дважды и попробовала озвучить.

— Джон… Джон…

Не вышло. На первом же слове застряла.

В классе раздался смех. Для этого класса ее заикание давно стало особой «точкой смешка». Большинство не имело злого умысла — просто были слишком молодыми и не умели поставить себя на место другого. Просто смеялись за компанию. Но в общем хохоте все равно слышались несколько девичьих голосов — особенно едких, нарочито передразнивающих:

— Джон… Джон…

Ши Няньнянь старалась не замечать и продолжала, запинаясь.

Цзян Ван вздрогнул от шума и раздраженно поднял голову. Холодный взгляд скользнул в сторону.

Опять те самые девчонки, что свистели ему, когда он представлялся.

Он нахмурился, но быстро отвел глаза. Подперев щеку рукой, лениво посмотрел в сторону Ши Няньнянь.

Она стояла — бледная, с тихой улыбкой. Кожа словно светилась, и в солнечных лучах на щеке можно было различить тонкие прозрачные волоски. Взгляд ее был прикован к доске, она упорно, прилагая все силы, продолжала читать.

«Словно дурочка…»

Цзян Ван откинулся на спинку стула, прокрутил в пальцах ручку, уголок губ чуть заметно приподнялся.

Когда Ши Няньнянь наконец закончила перевод, прозвенел звонок. Учительница английского сказала несколько ободряющих слов и вышла из класса.

Ши Няньнянь резко встала. Ножки стула заскрежетали по полу, и тут же, будто вихрь, девушка сорвалась с места и вылетела через заднюю дверь. Остался только легкий аромат — неожиданно нежный, тонкий и приятный.

— Черт! — рядом с Чэн Ци воскликнула девчонка в красной толстовке, ударив кулаком по парте, — сестра Ци! Эта малявка опять сбежала!

Судя по интонации, это было уже не в первый раз.

Чэн Ци вытянула голос, сделав его нарочито манящим, вкрадчивым, просто голос юной соблазнительницы:

— Ну и пускай сбежала. Пообедаем и потом найдем. — Она чуть усмехнулась и повернулась к другой стороне класса. — У меня сейчас есть дело поважнее.

Цзян Ван поднял глаза и встретился взглядом с ее яркими, дерзкими глазами.

Чэн Ци улыбнулась.

Он равнодушно приподнял бровь.

Она, все так же улыбаясь, поднялась и направилась к его парте. В классе уже почти никого не осталось: ученики разбрелись в столовую и по магазинчикам.

Чэн Ци была высокой — не меньше метра семидесяти. Переделанная школьная юбка нескромно открывала длинные стройные ноги, вместо школьных туфель — кроссовки для баскетбола.

— Цзян Ван, меня зовут Чэн Ци. Познакомимся? — она небрежно облокотилась на парту и протянула ему руку.

Он так и сидел, не двигаясь. Взглянул снизу вверх и опустил ресницы, а в уголках глаз скользнула небрежная, дразнящая насмешка.

С улыбкой охотницы, которая уверена в своей добыче, Чэн Ци держала руку прямо и уверенно.

Но в этот момент у Цзян Вана зазвонил мобильный телефон.

Это был Сюй Нинцин. Звал его обедать за пределы школы.

— Где ты? …Ага, иду, — коротко ответил Цзян Ван.

С телефоном в руке он обошел Чэн Ци и вышел из класса.

Полное игнорирование.

***

— Чертова дрянь! Попробуй только еще раз убежать! — на этот раз Чэн Ци была яростна, и все вокруг это понимали. Никто, впрочем, и не осмелился бы вмешаться.

Ши Няньнянь тащили за руки двое девиц.

***

Прямо напротив школы тянулась улица с закусочными. В обед туда сбегалась толпа учащихся. Цзян Ван с Сюй Нинцином и компанией тоже поели там. После Цзян Ван вернулся в Первую школу, но в класс не пошел, а свернул к стадиону.

Он прислонился к дереву боком и прикурил. Вспыхнувший огонек, переплетаясь с солнечным светом, на миг осветил его глаза.

Глубоко затянулся и тонкой струей выдохнул дым.

И тут за спиной послышался шорох.

Кто-то перебрался через высокую стену. Сначала показалась тонкая белая щиколотка в носке с отворотом и грязный край школьных брюк.

Потом — ладонь, судорожно цепляющаяся за шероховатый бетон. Рывок — и на стену забралась вся фигурка. Лицо было измазано, словно она в земле повалялась.

Девушка хлопнула ладонями, стряхивая пыль, и грациозно спрыгнула с двухметровой стены на мягкую землю.

Подняв голову, она уткнулась взглядом в черные глаза.

Ши Няньнянь быстро отвела глаза, провела тыльной стороной ладони по щеке и уселась на каменную скамью рядом. Достала из кармана свой мобильный телефон.

Высветился пропущенный вызов от Сюй Нинцина.

— Почему не взяла трубку? Я хотел вместе поесть, — раздался в трубке его голос.

— Не… не услышала.

— Тебя не обижали?

— Нет.

— Ты ведь теперь в одном классе с Цзян Ваном. Если кто-то заденет — обращайся к нему. Он мой друг, обязательно поможет.

Ши Няньнянь скосила глаза на сидящего неподалеку на траве юношу. Он все это время смотрел на нее.

Челка чуть закрывала ей глаза, и она машинально убрала ее рукой.

— Угу, — тихо ответила.

И повесила трубку.

Она сняла пиджак, отряхнула его от пыли, а потом так же очистила брюки. Ни разу больше не взглянула на Цзян Вана. Натянула форму обратно и пошла в сторону школы.

— Эй, — окликнул ее сзади мужской голос. — Маленькая заика.

Она даже не сбавила шаг и сделала вид, что не слышит.

В спину прилетел маленький камушек.

— Ты же только что с Сюй Нинцином разговаривала?

Имя Сюй Нинцина заставило ее остановиться. Она обернулась. Цзян Ван, сидя на траве, вскинул голову и смотрел на нее.

Ши Няньнянь чуть кивнула.

— Тебя что, только что били? — спросил он небрежно.

Ши Няньнянь покачала головой.

— А выглядишь так, будто в грязи только что валялась, — Цзян Ван вытянул палец и ткнул в ее щеку.

Она провела по лицу тыльной стороной ладони:

— Я с… сдачи… дала.

Брови Цзян Вана чуть дрогнули.

Не ожидал.

— Знаешь мое имя?

Ши Няньнянь припомнила его представление на уроке — она тогда слушала невнимательно — и покачала головой.

— Цзян Ван, — сказал он.

Она кивнула.

— Скажи.

Она посмотрела на него пару секунд, а потом подошла и села напротив, лицом к лицу. Продолжила стряхивать пыль с рукавов и тихо, запинаясь, выговорила:

— Цзян… Цзян Ван…

— Цзян, — подсказал он.

Она удивленно подняла глаза, не сразу поняв.

Цзян Ван выпрямился чуть ближе:

— Повтори за мной. Цзян.

— Цзян, — повторила она.

— Ван.

— Ван.

— Цзян Ван.

— Цзян В… Ван, — запнулась Ши Няньнянь.

— …Черт. — Он едва не рассмеялся. — Словно «гав-гав».

Он потер бровь пальцами и продолжил «урок»:

— А теперь — «брат».

Ши Няньнянь все так же сосредоточенно отряхивала форму, но послушно повторила:

— Брат.

— Брат, — снова сказал он.

— Брат Цзян Ван… — выдохнула она с легкой растерянностью.

Она приоткрыла губы, но тут же закрыла, подняла голову и уставилась на него без выражения.

Поняла — издевается.

— Не такая уж ты и дурочка, — хрипло и лениво усмехнулся Цзян Ван.

— Это твои одноклассницы сделали? — он кивнул на ее измазанную одежду.

Ши Няньнянь кивнула.

— Ненавидишь их?

Она замялась пару секунд — и тоже кивнула.

Цзян Ван откинулся на дерево, приподнял подбородок, ироничная улыбка скользнула по лицу.

В голосе звучала насмешка, вперемешку с ленивым весельем:

— Тогда позови меня «брат Цзян Ван» — и я гарантирую, что больше никто не посмеет к тебе даже прикоснуться.