Глава 13

Переговорная отдела планирования JA Entertainment.

— Ах…

— А-ах!

— А-АХ!!

Директор по планированию Хэ Юань не выдержал и шлепнул документом по столу.

— Дорогой Ван, ты пятую минуту вздыхаешь, как паровоз. Мы собрались обсудить рабочие вопросы или ты пришел выразить соболезнования?

Ван Сиянь поднял взгляд и уставился на Хэ Юаня скорбными глазами.

— Я беспокоюсь.

— Беспокоишься? О чем?

— О чем?! Ну как же... — Ван Сиянь резко замолчал, нервно оглядев дверь переговорной. Убедившись, что никто не подслушивает, он понизил голос: — Конечно, о любовном долге Сяошэня!

— И все?

— И ВСЕ?! Разве это мелочь? Это же Сяошэнь! Если информация просочится, фанаты одного только нашего города соберутся и разнесут JA в щепки, не оставив камня на камне!

Хэ Юань прищурился с презрением:

— Ты один из топовых агентов индустрии. Неужели нельзя сохранять лицо в такой ситуации?

Ван Сиянь откинулся на спинку кресла и язвительно усмехнулся:

— Это я-то не сдержан? А кто в прошлый раз при виде горячих новостей схватился за ногу Сяошэня и ревел, как сирена?

Хэ Юань ответил с достоинством в голосе:

— С тех пор я постиг дзен. Теперь мне все равно.

Ван Сыянь презрительно закатил глаза.

Хэ Юань продолжил парировать:

— К тому же, тогда все случилось внезапно! Весь наш отдел планирования и соседний PR-отдел оказались на раскаленной сковороде. Разве можно сравнивать с твоей ситуацией?

Ван Сиянь язвительно усмехнулся:

— Именно что нельзя. В тот раз вас просто поджаривали. А меня сейчас ведут на виселицу.

— Преувеличиваешь. — Хэ Юань махнул рукой. — Нашему Сяошэню уже 27. Даже если он до сих пор вел себя как аскет, разве роман — это что-то из ряда вон?

Он многозначительно поднял бровь:

— Неужели в вашем артистическом и PR-отделах нет готового плана на такой случай?

Ван Сиянь уставился на него безжизненным взглядом:

— Проблема не в факте отношений. А в том, С КЕМ он встречается.

Хэ Юань уже собрался парировать, но эти слова заставили его замереть.

— Разве «предок*» проболтался? Ты знаешь, кто это?

П.п.: В китайской культуре обращение "祖宗" (zǔzōng — «предок») к живому человеку — это яркий пример уважительного или ироничного обращения, или иронично-уважительной языковой игры.

Ван Сиянь швырнул ему список:

— В съемочной группе «Чэн Фэна» всего несколько десятков человек, с кем он мог сблизиться. Взгляни на актерский состав — разве не очевидно?

Хэ Юань пробежался глазами по бумаге.

— Кто же?

Ван Сиянь в отчаянии схватился за голову:

— Как тебя взяли планировщиком?! — Он тыкнул пальцем в фамилию. — Разве не ясно? Вот же — единственный, у кого с Сяошэнем хоть какая-то связь!

— Линь Хань?

Ван Сиянь с грохотом хлопнул себя по бедру и трагически воскликнул:

— Да! Линь Хань! Ее репутация и манеры в кругах всем известны. Как Сяошэнь мог в нее влюбиться?!

Хэ Юань медленно поднял бровь:

— Погоди... С чего ты взял, что это именно она?

— Разве нужно догадываться?! — Ван Сиянь вскочил, размахивая руками. — С тех пор как Сяошэнь вернулся в Китай, эти его десять секунд взгляда в аэропорту взорвали интернет! Я сам видел, как Линь Хань заходила в его гостиничный номер! Далее — да, он не назвал, с кем встречался в клубе, но папарацци сделали фото. Пусть размытое, но любой узнает профиль Линь Хань!

Хэ Юань задумчиво кивнул, затем покачал головой:

— Но ты упускаешь одну кандидатуру.

Погруженный в скорбь Ван Сиянь лениво буркнул:

— Кого еще?

— Су Хэ.

— Кого?

Хэ Юань вздохнул:

— Су Хэ. Та самая несчастная актриса 18-го уровня, которую ты тащил в горячих новостях, чтобы прикрыть скандал Сяошэня.

Услышав про «18-й уровень», Ван Сиянь медленно выудил из памяти смутный образ.

— Та, что немного похожа на Линь Хань?

— Она тоже в проекте «Чэн Фэн».

— Какое она имеет отношение?

Хэ Юань улыбнулся неестественно-вежливой улыбкой:

— Ты забыл, но я отлично помню тот самый тренд, который чуть не добил наши отделы, возник потому, что Сяошэнь лайкнул пост, где критиковали Линь Хань и хвалили Су Хэ.

Ван Сиянь остолбенел.

Хэ Юань многозначительно поднял палец:

— Так что, на мой взгляд, Су Хэ — куда более вероятный кандидат.

Две секунды тишины.

Внезапно Ван Сыянь замотал головой, как погремушкой:

— Безызвестная актрисулька 18-го уровня, годами топчущаяся на задворках, встречается с... с небесным Шан Сяо?

Он сделал драматическую паузу:

— Господин Хэ... У вас температура случайно не поднялась?

Хэ Юань молча поднял бровь, многозначительно глядя на него.

Ван Сиянь почувствовал необъяснимую вину и, отвернувшись, пробормотал, глядя на список актеров:

— Су Хэ? Не может быть... Не может...

***

Тем временем на съемках проекта «Чэн Фэн».

— Су Хэ, сегодня вы хорошо поработали.

— Вы тоже потрудились.

— Идите отдохнуть пораньше.

— Спасибо, режиссер Ван.

День подходил к концу, и ночь постепенно опускалась на город.

Звездные огни рассыпались по небу, очерчивая стальные силуэты небоскребов. Шумный дневной воздух теперь растворился в ночных гудках машин, спешащих домой.

За пределами съемочной площадки «Чэн Фэн» Су Хэ и Цзи Аньань вышли вместе.

Последней сценой дня стал монолог Су Хэ, где ее героиню Гу Тинжоу Лин Сяо отправляет в холодный дворец. После этой впечатляющей игры режиссер Ван стал еще требовательнее к Су Хэ. Когда съемки закончились, на территории киностудии уже почти никого не осталось.

Они сели в машину.

Автомобиль погрузился в ночь, сливаясь с рекой фар.

Уставшая после целого дня работы Су Хэ с облегчением прилегла на заднем сиденье.

Цзи Аньань вела машину, несколько раз взглянув на нее в зеркало заднего вида, но так и не заговорила.

Так прошло несколько минут в тишине.

Су Хэ лениво подняла руку, прикрывая зевок, потянулась и, распрямив спину, устроилась поудобнее, открывая глаза.

— Хватит на меня пялиться. Так и дыры прожжешь взглядом, — произнесла она усталым, сонным голосом.

Цзи Аньань смущенно ахнула и украдкой глянула в зеркало заднего вида.

— Босс, ты что, не спала?

— Ты так на меня смотрела, что даже сквозь сон шея замерзла. Я заметила, что ты сегодня на площадке переживала. Ладно уж, только, пожалуйста, не въезжай в газон. А так, можешь пилить меня сколько влезет, я потерплю.

Не успела она договорить, как Су Хэ снова зевнула.

Цзи Аньань замялась.

— Вообще-то… ничего особенного.

— А, ну тогда я спать?

Цзи Аньань неловко глянула на нее.

Су Хэ усмехнулась.

— Ладно, хватит меня томить. Говори.

Цзи Аньань посмотрела на нее через зеркало и, кажется, окончательно собралась с духом.

— Босс, не знаю, стоит ли об этом говорить… Но я уже три года с тобой работаю. И если не я скажу, то, пожалуй, никто больше не решится.

— М-м?

— Все верно. Я знаю, что тебе… нравится Тяньшэнь, босс. Это же очевидно… хотя бы по никнейму в твоем Weibo… кхм… ну, это бросается в глаза.

Тело Су Хэ на мгновение оцепенело, и сонливость как рукой сняло.

«Цзи Аньань теперь знает и Шан Сяо, так что на всякий случай лучше сменить название этого развратного аккаунта, когда вернусь домой. Лучше уничтожить все улики», — подумала она.

Цзи Аньань не заметила коварных размышлений Су Хэ и продолжила серьезным тоном:

— Раньше я не знала, что вы знакомы. Мне казалось, вас разделяет пропасть, и ничего страшного, если вы не общаетесь. Но теперь, босс, вы и Сяошэнь…

Она сделала паузу, собралась с духом.

— Босс, в конце концов, вы замужняя женщина. Да, возможно, ваш муж по сравнению с Тяньшэнем — серость, бедняк, без связей и без сердца… Но пока развод не оформлен, думаю, вам стоит держаться от Сяошэня подальше!

Су Хэ на несколько секунд застыла.

А затем расхохоталась:

— Ты боишься, что я заведу роман с Тяньшэнем и изменю мужу?

Цзи Аньань молчала. В ее глазах читалась немой укор.

Су Хэ не могла остановить смех.

— Нет-нет, мне такое не по силам. Слишком сложная операция.

Цзи Аньань недоумевала. Она на мгновение задумалась, а затем внезапно ее осенило:

— Босс, ты хочешь сказать, что Сяошэнь знает о твоем браке и поэтому сам не станет сближаться?

Су Хэ с трудом сдерживала смех.

— Ну, он действительно в курсе.

Цзи Аньань все еще выглядела озабоченной:

— Хм...

— О чем ты беспокоишься? Боишься, что я наброшусь на него против его воли?

— Кхм, нет.

— Говори честно.

— Ну... Просто ты ведь действительно помешана на нем, а когда Тяньшэнь так близко, кто устоит?

— Ошибаешься.

— Почему?

Су Хэ усмехнулась, глядя в растерянные глаза Цзи Аньань:

— Никто не обладает таким опытом сдержанности рядом с ним, как я.

Цзи Аньань убедилась, что Су Хэ не шутит, и не смогла сдержать тревогу:

— Босс, слишком долго сдерживаться вредно. Говорят, если чересчур много терпеть, можно стать совсем озабоченной. Это же Тяньшэнь. Если ты что-то с ним сделаешь... это будет уже серьезно.

Су Хэ отвернулась.

— Я хочу спать. Разбудишь, когда доедем.

С этими словами она притворно «умерла», откинувшись на сиденье и спрятав слегка покрасневшие уши.

Когда они вернулись в апартаменты, было уже совсем темно. Воздух казался тяжелым, будто огромный занавес опустился с небес, скрыв даже звезды.

Первое, что сделала Су Хэ, войдя в квартиру, — достала телефон, зашла в Weibo и переключилась на свой второй аккаунт, собираясь сменить никнейм.

Но не успела она ничего предпринять, как раздался легкий перелив.

Это было уведомление о публикации от особого подписчика.

А в этом ее маленьком аккаунте особый подписчик был только один: [Сяо]

Шедшая впереди Цзи Аньань тоже услышала звук и с любопытством обернулась:

— Сяошэнь что-то опубликовал?

— Похоже на то.

— Как необычно. Разве он обычно не обновляет Weibo?

— М-да.

Су Хэ тоже была озадачена и уже открыла запись. Присмотревшись, она убедилась — это действительно новый пост, причем репост.

Он переслал сообщение от известного паблика со сплетнями:

Entertainment Dudu News: [Сенсация! По слухам, Тяньшэнь Шан Сяо появился на съемочной площадке XX, вероятно навещая исполнительницу главной роли Линь Хань из съемочной группы «Чэн Фэн»!]

Далее следовала череда беспочвенных домыслов.

Дыхание Су Хэ замерло. Она подняла взгляд, затаив воздух в легких.

Репост Шан Сяо был лаконичным — всего одно слово:

[Ложь].