Пролог

ьшэымуб"Что за чертовщина?" - спросил я, уставившись на свое отражение в зеркале ъэыцюс энхыцзолотой йкыокаймой.

сщхушиеЯ знал, что произошло. Информация была прямо ъэяхююяу хдайменя ьднв голове, юилйкии реальность дчвсего шмбкэтого была ясна как божий день. Но все же некоторые уйшярнчвещи оуащбыло просто уехневозможно принять. Я был пиюланхжив. Что ж, я умер, хаьйно сдхгвсе перевернулось с ног на жуциэголову.

"ЧТО сюбюьцЗА ЧЕРТОВЩИНА?" - закричал я. Комната, казалось, задрожала, жйшкогда я дотронулся до фиехсвоего ешддобнлица. Человек в зеркале плпсьсделал дэщтплто же чщмюпхсамое.

Я был Биллом диеблгТерренсом. А его ылзвали Королем ввщтбпмМассивов, Дэйном. Он был ьыюывжжив, а хюгтя был мертв. Я сьцбыл тнхквцсмертным, а он был бессмертным. Мы оба чубыли в хфлбырспорядке и еще несколько мгновений назад существовали цьшоюьлраздельно, нвюхаымно внезапно къйистали единым целым

жимнйхэЯ закрыл глаза, пытаясь успокоить свои нервы. Могло ли это быть влсном? Нет. хнчпбжэВ хеьимоей цоголове было слишком много информации, чтобы все это было гбобычным сном. Я и представить аыусебе не мог, что смогу понять пийнвсе то, что внезапно узнал чжхвщвлсейчас. Как я шумжимог представить себе законы, изменяющие реальность, хтрысщили йафбожественные силы?

“ЧТО ЗА ЧЕРТОВЩИНА?!” - ейпсйя снова закричал, акавки рсэажна бсщьэтот раз я мог сказать, мююонгхчто ътрфхгкомната задрожала. И причиной этого был йтмой крик.

“Хорошо. Ладно. Хорошо", - ыбтсказал я, прижимая руку к груди йтлюгюи ахпытаясь успокоиться. Я начал фьъхдхкопаться в ашего исдпьфвоспоминаниях, пытаясь снюпцпонять, нтчъчжчто двыьлкапроизошло.

фгшрщ“Реинкарнация? Нет, акне совсем реинкарнация. Что-то иное?”

рфэгэМое лицо исказилось от вцмммужаса, когда я ышошпонял, тбйычто произошло.

“О ттучерт”, - щсюжипробормотал я, разочарованно уставившись на мужчину мыепжв зеркале.

тенчъНа самом деле это нхвцмбыла лжехстоне совсем реинкарнация. кщкйЕсли уж на то хгапошло, это больше походило пщна олянпчжсостояние оптхбсмерти. Или на её грань. Походило на неудачную пересадку гяфчяхорганов, за исключением того, гчъьърычто заменили не оьачто-то вроде сердца йофщэхили цыпорпочек, а юфвэкакой-то йтлуктупица умудрился заменить душу.

Тупица из зеркала уставился на идшдменя в ответ.

Я читал книги лвоб этом, вымышленные истории о китайских гссгвоинах, цхыапхвживущих в китмущмире, шетиоснованном еиина нцкультивации, и обо всех великих приключениях, хчсфъшфв беонкоторых ушркйеони участвовали. Истории, укыщфцнаполненные властью, чощйженщинами, эооъюъболью, сокровищами, хънвневзгодами, еще большим количеством хнтьчжженщин и абсурдным тбрфсколичеством драк акбэъвнутри таверн. Но... Но хыървсе это вфяяябыло льцлишь историями, шкиыйане так ли? Одно эщснхдело, ожтяхкогда ты читаешь йунхслхудожественную литературу, дхиенщки совсем другое рйлфагж- жить по ее кдепринципам.

Я оглядел ьжгнезнакомого мужчину с головы тлоцвдо лгемчхчног.

Тело Дэйна было бессмертным и бесконечно лучше яйсомоего, дсямно это не отменяло неправильности ьюрцъпроисходящего. хвЯ мюподнял руку эвпюдси бдщлпосмотрел, как уххчмужчина эмяхцйыв зеркале яфмотражает мои действия. Было странно и почти чуждо видеть, как эиьуыкто-то так хорошо меня имитирует.

Но, если отбросить экзистенциальные странности и жгадаужасы, рхон был чертовски красив. хдгфУ него яйбыли короткие идычерные бглщуюволосы, острое шюйуоодлицо и крепкое юэшхтелосложение. Этническую пчиэчпринадлежность я не мог точно определить, ншфххяено ющлнэто было похоже на смесь Скандинавии, охАзии лшжци Африки. вэргХотя я не вшюуверен, можно ли лекого-то гбцяцушеще описать этими иъйашсловами.

После того, как гэхрисъя бгыкнемного поиздевался над собой, рсмоей следующей мыслью было "как". Как уъдябыэто сосмогло случиться? Как все это могло происходить в реальности? Было ли хыюошубэто на самом цшагделе, или это фжкоибыл какой-то элстранный сон, в йпспкотором я кашлял фюмщв три иеаыэчаса уэохночи? Это амшпгъиказалось юднереальным, эпьоднако...

Я получил хыксяответ, дъфгкак ошщтолько юеонзадумался всынад этими вопросами.

Фундаментальные истины мультивселенной сххюяи обоснования реальности происходящего сами внезапно цашрвозникли в моей голове. И тпкежына вшхъаймгновение, короткое, но яхтяомучительное мгновение, две разные щптчастички двух отдельных душ соприкоснулись, став бскединым фгйъьйсцелым.

ьбеъухуМне казалось, ццчщчто жця хббчъзадумался в самый первый люхераз, ъфюнннскак будто юххйувсе, иичто было до ушычужлэтого, кщсвнтабыло туманным, ксхедва осознаваемым сном. Знания хлынули в мою голову по мере итйотого, как неисчислимые эпохи опыта шадавили чбхбъна мое существование. Мое понимание реальности мсллтбыло щфюргвосстановлено, и схя щвжьпаувидел ебишрхкрая бесконечности. йфпраМир съежился липо мере того, как я нсеюего перерастал, и вселенная показалась ывнъмне маленькой. ищЗаконы, юужогнгДаосы, сама фбьящуъткань реальности - все это бодьххнраспалось у меня на глазах, и все илттавобнажилось.

Не было слов, чтобы описать этот опыт, пуьуаущно мне и йучшне нужны были слова. ыючЯ не думал ътцшьдсловами, и пюэгна юунрглмсамом деле вьгыжпя не думал. Мышление казалось слишком слабым бъбадописанием, ъеогщчтобы быхжобъяснить, что пттюпроисходило ткюпв моей голове. вшмкЭто было просветление и понимание, йвщхлквыходящие овуъкюдалеко илза пределы возможностей смертного. Возрождение. ххПеренастройка. Пробуждение. Нет, что-то ощмпыщдаже большее, чймфгчем нэгоэто. Что-то, ьикрфечто я мог только жйдпочувствовать, но лашюфчне шэбпередать словами.

лцюьИ это лциашцбыло тогда, тыгчрмокогда я ждэхбыэпо-настоящему родился. цщчццеДве ададуши наконец-то соединились, как кусочки головоломки, нашедшие гфсвое место, кичи чъхщвнезапно бняя чыхъерпочувствовал себя хтуамединым, ъчкуушцелостным.

Я фсснова посмотрел флтв этзеркало и увидел, что ысыжмсмотрю на себя в ответ. Это было лицо Короля щаювэсМассивов, иехжДэйна - человека, достигшего двенадцатого уровня совершенствования. Человек, известный цгьюво всей мультивселенной, даже тем, кто принадлежит к пкйщщчосемнадцатому рангу Бога-Империума.

Дэйн достиг редкой вершины в самосовершенствовании, щнсвхэсвзлетев члнамного выше рчбольшинства других. ищфурмОн ъйъжбыл сильным, но быьлщызамкнутым тувэшьакультиватором. И жьуон ъаъсчитался очень молодым трдля своей стадии совершенствования, ъсытчижно все в высших сферах считались чрезвычайно одаренными в млщхжгктой дрили иной ужстепени.

Но он был другим. Он создал свою собственную лйлегенду. Он сражался с юугншфсмолодыми хозяевами и крал сокровища итту старейшин кланов. Он прожил опъвэжизнь, полную ъъмвмашлегенд и мифов, пережил щакомного жхккхприключений и днщлрадостей, ефъмного взлетов и падений.

Одна хбутолько мысль о диколичестве щсфивещей, ырекоторые он щолповидал за свою лжфчйщнжизнь, уермхлйсвела бы эмвсмертного с юыума. И дбшвсе чяже яйьдвкожизнь Билла тоже была всхсощтам, рхуъсцли штчхорстранная серость иьаюфяивсего этого ярко выделялась на фоне удивительных ппюйристорий окхжДэйна. ьцЭто было странно. врмыщълМожно было бы ыоцышюдподумать, что воспоминания бессмертного затмевают чнбхи хщщтжтзаменяют воспоминания йрисмертного, ткщжтлно все они казались равными в моей душе, частично сыпсмертными, частично бессмертными.

Мои глаза осмотрели Палациум. Это сакыиместо было огромным и щтжусйбыло наполнено тъидо ьпркоотказа различными лжэредкими ресурсами, цлза ълппыкоторые нхебольшинство людей цротдали бы свою яйруюлжизнь, но все дфпфьугже он был пустым. егцхяшпДэйн эржъникогда не мшчсбыл лсэлюбителем уврцфпкомпании, выфьйни сексуальной, ни платонической.

Я ьшкфлаупосмотрел на мътпямпчерное кольцо на ефсвоей левой руке. Изначально это был проклятый дцчнпредмет, называемый влъжКольцом рюэдОтстраненности. Дэйн ьвфидбыл шяцкпроклят этим предметом в цуйсошсвои лучшие годы, но мншсхв конце хевконцов ртюеон полюбил эту чертову штуку и укрепил ее, ювувчтобы она работала на его более тдвпжкавысокой стадии схысовершенствования. Этот мужчина чкиншбыл пуританином в сексе, и кольцо было его способом общения с юкженщинами, или "отвлечениями", пучкак он их называл.

ьщрилнЕсли хотите знать кксцюймое мнение, это тфбъхомбыло немного чсдханжески, йгычшюно я был рад, пчйошкчто не жхьыунаследую брошенных жен ицфвстоимостью усфаглыв сччеокнесколько королевств и весь нцнфгбагаж, шфдакоторый это принесло жюеыажбы. Но, с джювфадругой стороны, это действительно рсывыдвинуло хщцменя лхыв кандидаты аецгна фхгдвизвание старейшего чаефлдевственника мультивселенной.

тхржЯ решил снять хыекольцо.

гвцПоэтому мьяйможно задаться ядтвопросом, если хтрДэйн ллбыл таким сильным и властолюбивым, счто как же он умер? Был ли он предан? Был нээаили ввъон атакован иудемоническими культиваторами, которые хотели заполучить его божественные артефакты? Неужели он взорвал себя, хуаэлйсражаясь с древним ънщзверем вхв карманном йщжвизмерении?

гпчпымцНет. Дэйн небыл Мастером ибгМассивов. евъгИ ггеодно из фундаментальных правил работы юшигос жрыьхкМассивами заключается в том, чххчто глнткжни шяинмв коем ыюээихслучае нельзя шрсоздавать Массив в своей эчаойсдуше. Можно создать Массив, содержащий душу. еноМожно настроить идирвМассив для переваривания ъабяхили искажения души, йжмрхили тячкдаже ждсаюхнастроить бфркего под свою душу. Но не создавать Массив в лэяявпсвоей душе, хотя бы из-за того, что это банально невозможно. икыаЭто равнозначно нлпопыткам подключить клавиатуру к своему мозгу. Эти два понятия просто нхндне жьдяысовместимы.

хшфщДуша была хивхчем-то вроде духовного реаяптела. В ннлйфгорганизме есть органы чгвбкци системы органов, кжккоторые яибгвыполняют определенные функции, такие яьбркак доставка питательных веществ ами переваривание пищи. иамдашнУ души есть саццэто ыгьлъятже самое, но вместо пищи или питательных анкххвеществ вуона имеет ьшдело с сознанием и мюьундвсеми сопутствующими сложностями. Дэйн в юдщапсвоих ъбмыэьрэкспериментах разорвал свою муядушу, и в результате онпкля эрлпстал фхлбсмесью твхшего самого и какого-то случайного ыгфрагмента сознания, парящего в пустоте.

хпьТак шфпвот, блсобычно вцбэто хгъцне было бы хепыэтакой ешдюоюбольшой проблемой, как сейчас. Вы ютцхкувсегда дсынэшможете исцелиться, особенно бессмертные, ййаччьи оыгьвхнцели сводятся к тому, ыучтобы оставаться в живых слкак цтхтчееможно ъглнжухдольше. Или, по крайней мере, до шкччютех пор, пока другой аганебессмертный не найдет и не убьет эяшьтебя во бючвремя дуявуединенной мэсяюлмедитации, пмхешчто неизбежно должно было сгсжчйгпроизойти, если жрцшбы ты жил вечно, йфюсно вшус Дэйном этого не хлетпроизошло.

Нет, естпфДэйн хэъажслучайно рхполностью разрушил свое эго, которое бяхдъъбыло ютчем-то вроде метафизического мозга души. Оно ббъхмопределяет понимание и восприятие самого себя. уеэьящрВ ьыярезультате процесса разрушения частички оциьеимразлагающейся ввбдуши чивббБилла поселились в душе афоцДэйна. После ыэкйэтого жотиэго фхащьдуБилла заняло место ыэДэйна, тафша остальные части слились мсщхвоедино, чтобы еьдкуссоздать ыиитбыту мерзость, которой я теперь свигуубыл.

сегю"Ты мэне чсхапксвязываешься чшшюэюъсо своей собственной душой", - съпробормотал я, все еще глядя в зеркало.

Если хмбы я все еще был Дэйном, я юсиоьбы закрыл осндшглаза, биискрестил длодъъфноги и совершенствовался в кфтечение следующих нескольких тысячелетий. Если бы я был Биллом, ъяеодя бы еэнвдотправился в путешествие йкпасякпо кшвмыйяВселенной в гуядяпоисках бфшфантастического еймийфпутешествия, которое явмне мог ьжтлуфпредложить йчэтот мир.

Но я не ахшбыл ни тем, ьпювни другим. У меня был йэбиюопыт Дэйна, чйжесеи я видел больше фесьдэфволшебства, чем люди кжухкогда-либо писали о нем на Земле. цйкьнфрИ у меня риисдбыло юуиюъьямышление Билла, ндфлмттак что лаыя ни за что не ээжшцйнсобирался дшнпросто сидеть здесь и ничего не делать цдювлвв течении ъаяпднънескольких тысяч лет. ющакКроме цтпфгутого, я не чувствовал необходимости в совершенствовании. Я уже был свнагарбессмертным, влдмшнди не смотря хына ехюашто, гкдсиащчто я не иябнаходился йэбплфев самом верху лхеешвэтой горы самосовершенствования, я ьсчэгсшбыл более чем чявхгесилен, гэцхъачтобы мирно жить под открытым аынкнебом иов чхюсъитечение нескольких триллионов лет.

Но с црсгэтим ужгдбыла проблема: как бы долго яшэрне длилось мирное время, оно имеет цдынсвойство огистекать. ъээТакова была суть совершенствования. Для совершенствования нужны ресурсы. шрнлЗа цауресурсы нужно сражаться. уятхДля ыьыфшадостижения успехов в сражениях надо становиться сильнее. А для того, эунчдячтобы стать сильнее, вы ррпшсквдолжны совершенствоваться. дрЗамкнутый круг, которому фцужхяиподчинялось все в природе, независимо от личного могущества.

пфъйрърДаже ебхвкБоги-Империумы, которые были адбшхина пять нрбофшсполных ступеней выше меня и были способны порождать вселенные одним дыханием жжеи уничтожать юсшнмих другим... нлеДаже они усердно совершенствовались в юьстрахе друг перед нйоюххдругом.

рхЭта мысль принадлежала ъщржшрйне только мне, ршно и Дэйну. Он фбяхлкгустал от раэтого мира, устал от всех этих лртэрхсражений и злобы. Вот почему ажьрон так яфбеззаботно игрался уцфьгнс Массивами иохлкв своей душе. Дэйн ыыотнв свои хкэсщьхпоследние мгновения чувствовал безразличие к мшфосмерти чжъи танцевал неубифос ней по собственной воле.

Я отвел взгляд от отражения пхгьэяяи огляделся по сторонам. Не так уж много всйнвещей было в округе. Все в Палациуме сортировалось само по себе, и дворец размером пэс увфмкбгород ащбыл чист и защищен ырмножеством систем безопасности.

лэрЯ тыэйылподнял иъчправую щяпцпвнруку перед ьхпщбасобой и ыывыполнил убжест, похожий чнубпкчна хватание тсхьвоздуха. Разрушающая глгсила жэлбгвырвалась из моей ладони, распространяя всепоглощающую черную дыру. учтютфвОна пожирала абсолютно все, вдцсйбэот вещей до света. Дворец рухнул, всасываясь ртщав мой сжатый кулак, и в моей руке глопоявился юмттмаленький черный камень с хдущххизображением иэшжзолотисто-белого жгххзамка.