Наша супружеская жизнь после не была особенно бурной, но протекала мирно и была наполнена смыслом.
— Милорд, вы питаетесь слишком тяжелой пищей. Вам нужно есть больше овощей.
Одного взгляда на роскошное изобилие стола было довольно, чтобы у меня началась изжога.
— Хмф! Не стану я есть эту зелень!
— Так не пойдет, милорд. Вы хотите оставить меня вдовой? Если это случится, мне будет так одиноко, что я не смогу жить дальше. Вы должны позаботиться о себе, прошу вас.
Сложив руки и увлажнив взгляд слезами, я умоляла его совершенно искренне. Мой муж, судя по всему, устыдившись, погрузился в раздумья.
Хотя я находила его животик очаровательным, пренебрегать мужниным здоровьем было нельзя. Наставлять супруга в подобных делах есть привилегия и обязанность жены.
— Хм… пожалуй, стоит и правда урезать жирное… Эй, принеси-ка мне салат, — проворчал мой муж, обращаясь к прислуге.
Когда ему принес салат, я конфисковала заправку.
— Ни к чему нам лишние калории и натрий, — сказала я с лучезарной улыбкой, наблюдая, как муж молча жует пресные листья, словно скотина безмолвная, ой, то есть, словно дисциплинированный едок. Его чуть влажные глаза были до слез умилительны.
— Милорд, вы как следует промыли за ушами?
— Э? Да, разумеется. Ты же сама настояла, чтобы я тщательно все вымыл.
— Вот и хорошо. В конце концов, запах старости, что вьется вокруг вас, довольно силен. И пусть ваши попытки полностью избавиться от запаха тщетны, но это хотя бы немного его ослабит.
«Ведь если вы будете ходить с таким приятным ароматом, к вам, чего доброго, начнут липнуть другие женщины».
— Пш-ш-ш!
— Ах, нет, милорд! Если вы нанесете одеколон, запахи смешаются в кощунственную вонь, способную любого отправить к праотцам.
— …Тогда я помоюсь еще раз, — вздохнул он.
— Да, так будет лучше всего. И с блеском масла на лбу вы, видимо, тоже не совсем разобрались — он просто ослепителен.
— …Одно ваше существование ослепляет меня, дорогой супруг.
Я проводила взглядом его поникшие плечи, когда он поплелся обратно в купальню, и взгляд мой смягчился от нежности.
— О, вы уже закончили? Ах, милорд, постойте!
— Что еще?
— Запах помады слишком резкий. Зачем же вы нанесли на себя столько разных ароматов?
— …Но волосы же мне как-то укладывать надо.
— Почему бы не остричь их короче? У вас слишком длинная челка.
— Что ж… с этим есть… определенные сложности.
Ах, вот оно что. Если он острижет волосы покороче, ему больше не удастся скрывать лысеющую макушку.
— Зачем что-то прятать?! К чему стыдиться?!
— Э-э, я… чего?
— Этот безмятежный выжженный простор на вашей макушке — самый настоящий символ мужественности! Вы должны щеголять им, а не прятать его!
— Правда? Современная молодежь так считает?
Мне была глубоко безразлична современная молодежь, но из-за того, что теперь я была ее представительницей, мое мнение являлось той планкой, к которой нужно было стремиться.
— Это современное представление о моде. К тому же, сопротивление и впрямь бесполезно. Со временем ваша кожа головы… эволюционирует. Скоро даже ваша челка не устоит перед этим натиском.
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|