Трое адептов были чрезвычайно проворны. Бесшумно расправившись с несколькими охранниками у входа, они ключом открыли большую дверь и быстро покинули тюремный блок.
В своей камере Ань Цинюй, наблюдавший за всем этим своими особыми глазами, задумчиво потёр подбородок…
События и впрямь принимали интересный оборот.
Три силуэта стремительно двигались по тёмному тюремному двору. Всё освещение было отключено, камеры наблюдения не работали, и это место превратилось в настоящие тёмные джунгли.
Сначала они зашли в туалет на первом этаже, где забрали мачете, молот и другие инструменты, которые Се Юй спрятал под плиткой. Обойдя несколько зданий, они остановились на открытой площадке.
— Это здесь? — тихо спросил Шестой.
Четвёртый внимательно осмотрелся и уверенно кивнул.
— Да, судя по информации от Се Юя, Стела Подавления находится именно здесь.
Они обернулись к молчаливому Двенадцатому, стоявшему позади. Тот кивнул, снял верхнюю одежду, лёг на землю и глубоко вздохнул:
— Давайте, я готов.
Шестой сжал в руке нож и медленно произнёс:
— У тебя есть последние слова?
Двенадцатый помолчал мгновение.
— Передайте господину Шепоту, что для меня честь отдать за него жизнь…
Четвёртый кивнул:
— Я передам.
— Ах да, — внезапно вспомнил о чём-то Двенадцатый. — Когда вернёте себе силы, прикончите за меня того Хань Цзиньлуна. Мы, адепты… не можем ударить в грязь лицом!
— Не волнуйся, — Четвёртый сощурился, и в его глазах вспыхнула ледяная жажда убийства. — Я же говорил, что заставлю его молить о смерти, но не дам умереть!
— Начинайте…
Шестой хмыкнул и молниеносным движением ножа перерезал Двенадцатому горло, мгновенно оборвав его жизнь и избавив от страданий.
Затем он приставил лезвие к груди Двенадцатого, пронзил плоть и медленно повёл нож вниз…
Через несколько минут Шестой медленно поднялся. В его руке был шар размером с гусиное яйцо, покрытый кровью и желудочным соком.
Он положил шар на землю, а Четвёртый, размахнувшись, с силой ударил по нему молотом!
Донг!
Раздался глухой удар. Чёрный шар мгновенно раскололся, и из него выпало бронзовое лезвие длиной четыре-пять сантиметров. Лезвие отливало зелёным светом и источало ауру мистического существа.
Четвёртый присел на корточки, осторожно взял бронзовое лезвие обратным хватом, подошёл к пустому месту и с силой вонзил его в невидимый воздух!
Дзинь!
Лезвие, разрезая воздух с лёгким гудением, внезапно наткнулось на что-то и пробило в пространстве небольшое отверстие.
В тёмном воздухе словно появился разлом размером с большой палец. Четвёртый наклонился и поднёс глаз к отверстию. За ним виднелась высокая чёрная каменная стела.
— Работает! Эта штука и вправду может пробить Пейзаж Разума Учителя! — воскликнул Шестой, и в его глазах промелькнуло волнение.
— Это [Клинок Разрушения Иллюзий], артефакт номер 035. Большинство Запретных зон в радиусе его действия теряют силу. Он специализируется на разрушении запечатывающих зон, так что даже Пейзаж Разума Учителя не сможет устоять перед его атакой, — спокойно объяснил Четвёртый. — Конечно, это работает только в отсутствие самого Учителя. Иначе он бы мгновенно залатал такую дыру.
— Сколько ещё времени понадобится, чтобы проделать проход, в который мы сможем пролезть?
— Минимум две минуты, — Четвёртый раз за разом наносил удары бронзовым лезвием по разлому, постепенно разрушая Пейзаж Разума.
К счастью, удары бронзового лезвия по Пейзажу Разума Учителя не издавали ни звука. Четвёртый долго и усердно работал, и никто их не заметил. В конце концов, ему удалось расширить проход до размеров, достаточных для того, чтобы в него мог протиснуться человек.
— Дальше твоя очередь, — сказал Четвёртый, повернувшись к Шестому.
Шестой кивнул, взвалил на спину ещё не остывшее тело Двенадцатого и пролез через отверстие, оказавшись внутри Пейзажа Разума, скрывавшего Стелу Подавления.
Он вскрыл вены Двенадцатого. Кровь хлынула на молот в его руке. Древние кровавые пятна на поверхности молота, казалось, ожили и мгновенно поглотили всю свежую кровь.
Сразу после этого вес молота странным образом увеличился в несколько раз. Шестой почувствовал, как его правая рука отяжелела. Ему пришлось взяться за рукоять обеими руками, чтобы с трудом поднять его.
Он стоял перед высокой Стелой Подавления с окровавленным молотом в руках. Глубоко вздохнув, он медленно занёс его над головой…
И с грохотом обрушил вниз!
Донг!
На поверхности Стелы Подавления появилась уродливая трещина!
…
Тюрьма Искупления. Тюремный блок.
— Хм? — Ань Цинюй резко открыл глаза и с недоумением посмотрел на своё тело.
Он протянул ладонь, и температура вокруг резко упала. В следующую секунду на кончиках его пальцев сконденсировался парящий кристалл льда.
— Подавление Стелы… ослабло? — Лицо Ань Цинюя мгновенно стало серьёзным.
Он отчётливо чувствовал, что аура, подавлявшая все Запретные зоны, ослабла почти наполовину. Хотя подавляющий эффект всё ещё действовал, он уже мог высвобождать свою собственную Запретную зону!
И не только он. Другие заключённые тоже это заметили!
В тёмных камерах заключённые внимательно прислушивались к силе, которую теперь могли использовать. В их глазах сначала отразилось потрясение, затем бурная радость, а после — глубокая задумчивость…
Хватит ли такой силы, чтобы совершить отсюда побег?
В этот момент со двора донёсся глухой удар, и аура, подавлявшая их Запретные зоны, ослабла ещё сильнее!
Если раньше их сила была ограничена стадией "Чаша", то теперь… предел поднялся до пика стадии "Пруд"!
Глаза заключённых начали загораться!
Ещё немного, ещё чуть-чуть…
Снаружи стояла целая армия, и одной лишь силы на уровне стадии "Пруд" было недостаточно, чтобы прорваться!
Им нужно было больше силы!
Впрочем, некоторые заключённые уже не могли сдерживаться. Прищурившись, они медленно двинулись к железным дверям своих камер. В их глазах горели невиданное доселе возбуждение и безумие!
Донг!
Раздался третий удар молота. Подавляющая аура ослабла вновь. Теперь оковы, сковывавшие их силы, поднялись до уровня стадии "Река"! А немногие заключённые с изначально высоким уровнем развития и вовсе прорвали оковы, получив возможность использовать силу на стадии "Море"!
— Ха-ха-ха-ха! Сами небеса помогают мне!
Раздался рёв, а за ним — грохот разлетающейся вдребезги двери камеры. Один из заключённых первым нарушил тишину и с безумным смехом вырвался наружу!
Следом со всех сторон тюремного блока донёсся лязг ломающихся решёток. В темноте бесчисленные заключённые, словно звери, вырвавшиеся из клеток, обнажили свои свирепые клыки и когти!
Бунт начался!
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|