Ренье пошла к кабинету Эдвина. Они договорились жить вместе, пока Эмили не выйдет замуж. Тогда зачем ему понадобилось вмешиваться в домовую бухгалтерию, если они уже обо всем договорились? До сих пор он не проявлял никакого интереса к делам дома, а теперь вдруг решили прочитать все записи, после того как она предложила развестись? Конечно это было подозрительно.
— Эдвин.
Дверь в кабинет была открыта, но Ренье все равно вежливо постучала и дождалась, пока ее пригласят войти.
Эдвин сидел за рабочим столом, вокруг были разбросаны старые записи.
— Что привело тебя сюда?
— А где дядя Камиль?
— Он отлучился на некоторое время по делам.
Это было хорошо. Ренье закрыла дверь в кабинет и шагнула внутрь. Эдвин, который сидел за столом и внимательно рассматривал бумаги был, мягко говоря, великолепен. Его точеный строгий профиль не был обделен красотой и, во многом, это и привлекло Ренье.
— Мне нужно поговорить с тобой, Эдвин.
Рение собирался спросить о записях. С какой стати они стали его интересовать, если они скоро разводятся и это уже будет не его дело
— Это хорошо, потому что я тоже хотел кое-что сказать своей жене. Как насчет того, чтобы встретиться сегодня вечером и провести время вдвоем?
Ренье забыла все слова, когда Эдвин неожиданно задал этот вопрос.
— Ты что… хочешь поужинать со мной?
— Да.
Ренье смотрела на него широко распахнутыми глазами. Разве он когда-нибудь приглашал ее на ужин первым?
У Ренье уже был запланирован ужин с другим ее мужем, так что она собиралась отказаться.
— Ты сегодня опять занята? Кажется, в последнее время ты много времени проводишь вне дома…
Глаза Эдвина резко сверкнули или, возможно, Ренье просто показалось. В любом случае, она была настолько шокирована, что ее окаменела на месте и она медленно покачала головой. А затем кивнула.
— Тогда увидимся за ужином.
***
Ренье отодвинула тарелку, хотя была очень голодна.
— Почему ты не ешь? — спросил Эдвин, увидев, что Ренье вяло ковыряется в тарелке.
— Просто нет аппетита.
— Разве ты не говорила, что голодна?
Она вдруг захотела пнуть его со злости, но разве Эдвин был виноват в ее вранье? Ренье сделала невозмутимое лицо и ответила:
— Я была голодна, но затем взяла печенье и больше я не хочу есть. Разве нам больше не о чем говорить?
Она судорожно размышляла зачем бы Эдвину понадобилось позвать ее на ужин. Может, он просто хотел милым жестом скрасить предстоящий развод? Ренье неожиданно смутилась и задумала о своем решении.
— Почему ты так увлекся записями?
— Давай поговорим о книгах?
«Да, Эдвин, давай поговорим о книгах».
— Что-то раньше они тебя не особенно интересовали. Не думаю, что ты решил пролистнуть бухгалтерские тома от скуки.
Причина определенно есть. Но Ренье не была уверена какая именно. Но не по тем же причинам, я уверен.
— Лорд хочет знать, как у нас идут с этим дела, так что я просто смотрел все ли в порядке.
Черт бы его побрал! Лордом поместья обращался к Эдвину, как к дворецкому. Вообще, лорд был таким человеком, который не желал разговаривать с простолюдинами и вести дела с людьми, ниже его по статусу. Поэтому он просто взимал с простолюдин деньги, а когда ему нужно было разобраться с бухгалтерией, он просто звал Эдвина.
— Но когда ты раньше ходил к лорду, ты не смотрел записи.
— Мне было неловко от того, что я не могу дать ему достойного ответа, поэтому на этот раз я решил просмотреть документацию.
Глаза Ренье сузились. Этот ответ был в духе Эдвина, но все равно звучал странно и словно неказисто. К сожалению, времени на дальнейшие расспросы уже не было. Внутренние часы в голове Ренье пробили время, когда нужно было идти на ужин к Вельдемеру.
— Хорошо… А что ты хотел спросить?
— Почему ты подала на развод? Сколько бы я ни думал об этом, я не смог найти истинную причину.
Ренье снова была в замешательстве. Эдвин спрашивал так, словно это его задело, но голос у него был слишком безэмоциональным для обиженного.
— И это, мягко говоря, странно, что ты сказала о разводе на следующий день, после того как подарила мне одежду.
Она дарила ему одежду? Ренье порылась в памяти, но так и не смогла вспомнить, когда это было. В ее голове все настолько смешалось, что она буквально потерялась в воспоминаниях. Она просто забыла об этом.
— Может, есть другая причина?
— Какая другая причина?
Неужели Эдвин что-то заметил? Она прожила всего пару месяцев на два дома и уже оказалась на грани разоблачения! Чем она себя выдала?
— Н-нет, ничего такого, я… просто устала, — Ренье прикусила губу, избегая взгляда мужа. — Мы в браке уже три года и, я думаю, мы просто устали друг от друга. Извини, если это звучит резко, но никакой другой причины нет.
Даже если бы ее поймали с поличным, она никогда бы не призналась. К тому же, то, что она стала леди Лафур в браке, не меняло ее происхождения. Простолюдинка и дворянин — неравный брак. И то, что Эдвин, как дворянин, завел себе роман на стороне, вовсе не означало, что ей, с гораздо более неизвестным происхождением, было позволено то же самое. Если бы ее засекли, она просто стала бы изменщицей, обвиненной без суда и следствия. Это было несправедливо, но по-другому никак.
— Я, пожалуй, пойду первой.
Ренье было не по себе от этого разговора. Она ушла. К тому же, в другом доме ее уже ждал муж с горячим ужином на столе. Ренье поспешила к нему почти бегом и крикнула в дверях:
— Вельдемер, я дома!
— Ты бежала так быстро, потому что с нетерпением ждала мое рагу?
— Что? А… Ха-ха, это точно! К тому же оно так вкусно пахнет…
Вельдемер провел Ренье в столовую и выложил томатное рагу на тарелку.
— Кстати, днем я испек хлеб. Не хочешь попробовать?
— Вау, он такой мягкий и вкусный!
— Рад что тебе по вкусу. Возьми еще кусочек.
Вельдемер поставил перед Ренье большую корзинку с хлебом, отломил ломоть и сунул ей в рот.
На этом моменте Ренье почувствовала, как объелась. Казалось, ее желудок вот-вот лопнет. К разочарованию Вельдемера, который увлеченно смотрел, как Ренье ест, она отодвинула от себя тарелку.
— Мало? Принести тебе еще?
— Нет, Вельдемер! Спасибо, я очень сыта, все было вкусно!
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|