Глава 34.1

Только тогда я поняла, что восприятие маны распространилось по всему миру.

Точно так же, как вера в Святую Марианну пробудила бы магию святого атрибута и сделала бы вас священником, магия темного атрибута была силой, которую Король Демонов давал только своему народу.

Одним словом, доказательство вторжения Короля Демонов.

Обычно было шокирующе и страшно узнать, что у командира, которому ты верил и за которым следовал, была темная мана.

Но я уже знала об этом.

Во всяком случае, тот факт, что у него все это время был такой цвет волос, шокировал не меньше.

Мейер понятия не имел, каково это, когда о тебе судят по цвету волос, и я не сомневаюсь, что никогда и не узнает.

Но дело было не в этом.

Темные волосы — знак Короля Демонов, которым он был заклеймен с самого рождения.

Я вздохнула и покачала головой.

— Нет причин бояться.

— ...Это так.

— Да. Командир очень важен для меня. Я не могу заменить его кем-то другим. Вот почему я ни за что не позволю запугать себя чем-то подобным.

Я произнесла это серьезным, уверенным тоном, чтобы успокоить Винса.

Его глаза широко раскрылись.

Только тогда я поняла, что мои слова были идеальны для того, чтобы создать очередное недопонимание.

Как будто Мейер драгоценен, он особенный… Нет, я сказала это совершенно не с таким смыслом!

Я попыталась поспешно внести поправку.

— Я просто сказала, я имею в виду...

— ...Я уж было испугался.

Но было уже поздно. Винс начал что-то невнятно говорить.

Я не посмела прервать человека, который, кажется, пытался излить мне  душу.

— Нет, все в замке Нокентория боялись Его Превосходительства. За исключением моей жены.

— Если это ваша жена...

— Она была его няней. Мать Его Превосходительства, предыдущая эрцгерцогиня, не любила Его Превосходительства, поэтому моя жена, потерявшая своего ребенка, воспитывала его.

… Мне вообще можно это слышать? Это была чересчур личная и конфиденциальная информация.

Я достаточно глубоко погрязла в чужой жизни. Я покачала головой, напрягая лицо.

— … я не уверена, можно ли мне знать об этом…

— Если вы заместитель командующего… Возможно, это именно то, что вы должны знать.

— Я не понимаю… Интересно, действительно ли командир хочет, чтобы я знала об этом?

Прошлое было, в некотором смысле, его единственной тайной слабостью. Кроме того, Мейер еще не открыл мне информацию о том, что у него есть мана.

Должно быть, он сам испытывал к себе отвращение или боялся, что я могу ощутить нечто подобное.

Тогда было правильно подойти к этому вопросу как можно осторожнее.

Но Винс был расстроен тем, что не мог рассказать мне о прошлом Мейера.

— Конечно, я не хочу, чтобы Его Превосходительство был отвергнут. Его Превосходительство — человек с высокой самооценкой и не хочет демонстрировать свою слабость. Но я все равно хочу, чтобы заместитель командующего знала об этом.

— Почему?

— Потому что вы — единственный человек, которому Его Превосходительство доверяет и на которого полагается.

— ...Вот и все.

У меня пересохло в горле.  Доверяет и полагается? Все это просто притворство.

У меня в горле застряли слова о том, что он глубоко ошибается.

Винс, который не знал, о чем я думаю, продолжил говорить: 

— Его Превосходительство выпивал с вами наедине. Он не из тех, кто подпускает людей так близко.

Мейер Нокс, на каком расстоянии этот человек держится от окружающих его людей?

Вы показываете, что безоговорочно доверяете человеку, только тем, что выпили с ним однажды?  

И, кроме того. Разве он обычно не умоляет меня выдать ему свою тайну?

Это был первый раз, когда я узнавала чт-то секретное о нем, а не наоборот. 

— И есть только один человек, который так думает о Его Превосходительстве, заместитель командующего… Если у вас такие твердые убеждения и вера, что вас ни капельки не волнует тот факт, что Его Превосходительство обладает силой, подобной демонической. Вы достаточно опытны и хорошо себя зарекомендовали, и имеете право знать о прошлом Его Превосходительства.

Но вы совершенно ошибаетесь!

Мне было все равно, потому что я уже знала об этом, но я не могу рассказать тебе этого…

На этот раз я стала сторонником Мейера Нокса.

В этот короткий момент я снова и снова познавала урок о том, что слова должны быть осторожными.

Когда я кусала нижнюю губу, находясь в затруднительной ситуации, Винс с глубоким вздохом жалобно посмотрел на меня.

— Я уже стар, так что не знаю, когда уйду из этого мира, но я единственный, кому известно, через что пришлось пройти Его Превосходительству. Его Превосходительство никогда ни о чем не будет жаловаться, терпя всю боль в одиночку… Это очень плохо. Итак, может ли заместитель командующего позаботиться о воспоминаниях старика?

Да как же ты не поймешь, что я имею в виду…  я не знаю, нормально ли мне — человеку, внезапно появившемуся в Черных рыцарях всего несколько месяцев назад,знать об этих драгоценных воспоминаниях.

Я пыталась переубедить Винса, как только могла.

— ...Ты знаешь, что я могла бы поссориться с командиром позже и пригрозить ему его прошлым, о котором я только что услышала. Ты не знаешь, какими бывают люди. Ты не знаешь, чему стоит верить из того, что говорят обо мне, а чему нет.

— Тогда это потому, что я старый и глупый, и я ошибаюсь. Но, судя по опыту прожитых мною лет, такие люди обычно с самого начала приступают к поиску чужих секретов и с радостью принимают их.

Винс уставился на меня, и его глаза выглядели так, словно спрашивали меня, правда ли я собираюсь так поступить?