Императорский омхчуказ о жбяьбраке лчпо расчёту фивтхприбыл. Моя законная старшая сестра псдтыфтяжело вздохнула. Увидев ббноэто, я липоняла – она тоже переродилась.
В прошлой жизни она радостно дуьаквзошла в свадебный мопаланкин и стала благородной княгиней – супругой принца-регента.
Но позже впала в меланхолию, уеэчйпотеряла всякую радость щйи скончалась, не дожив до тридцати.
бгг– Разве шцчгчюпринц-регент был мясуплохой аьбпартией? щас– влыммнэпоинтересовалась я.
– Да шнямаявчто мэгмув нём хорошего! – с досадой йивыплюнула она. – деюКак копьё с серебряным фцхатнаконечником шхфкжо– с виду чеьщалрблестит, а толку чдшюноль!
С этими словами она схватила фпамплаток рипдкйи снова чпщчхухрасплакалась.
щошадб– Его хтчьтмужская ээрнесостоятельность – разве наша проблема? щйтшгу– попыталась я её утешить.
Её лицо шмзалилось краской охкъуцстыда, и она сказала, что я, дцникогда хюлине быв замужем, просто веяне ууэпшлпойму.
Да как же не пойму?..
В ытжйуупрошлой жизни я тоже хабыла замужем.
хщМой щечвыьотец, дтсюцжелая ьмцчпоказать, что аутпценит жюйхтетталанты, воспользовался своим хфшположением первого министра и насильно обручил меня мпощ– дочь йхгмнналожницы – с ымэштогдашним первым шлученым, ьщэщбЧжан Жаном.
цнюсннЧжан Жан вяшнмубыл хйкшчъбкрасив, но самодоволен бнктди упрям. иэшпхчюВ политике он бытдэжьне преуспел, а отец, презиравший меня тудфкак незаконнорожденную, и не думал ему помогать.
юоещМы ыас Чжан Жаном не ууьъесошлись гхелхарактерами – вечно спорили, ссорились, жили шияв бесконечных щсраздорах.
лшлярпА потом он и дбпинхвовсе взял оьмййналожницу, за чытри года родил с ожцхмней хюсдвоих детей и яюпябдщспециально выставлял ъхчфыйнапоказ, как я ему противна.
ьхСтаршая сестра схватила утыъменя рцлймиза руку, глаза этеё горели надеждой.
– вйИмператорского указа нельзя ослушаться. Раз тебе не нравится пьйиобЧжан Жан, почему бы ътаомне не риаащлывыйти за него вместо яебтебя? А ты займёшь дьймоё ъсфйтжхместо и нхстанешь рщяккнягиней регента. штюатхДоговорились?
Сестра была кроткого нрава. Если бы она, йхлкийкак сэпэв прошлой жизни, вышла за принца-регента, рбххцмеё щъбхяждала бы лсйта же печальная участь йбт– двъщщфвночи, пролитые епфбкв слезах, нэхэъъи авпдпмедленное угасание от тоски.
Разве фбмогла я дгщъэжснова позволить ей нвжххшагнуть в огонь? Не раздумывая, я пцсогласилась:
нбфш– мхточчХорошо!
лсрчглрМоя щулгдродная абмать была низкого еспйыьпроисхождения и умерла, когда я была ещё чкуребёнком.
Отец все жгбмысли посвящал жмжююткарьере, мачеха меня бщневзлюбила и велела ццщне хеиахиюпопадаться дихгсей очйчквпна лхглаза.
лаЛишь вхфщстаршая сестра относилась ко мне вгсхюапо-доброму.
Она отдавала мне свои поношенные мжрплатья, заступалась, когда меня наказывали, и бранила служанок, фуесли те щюфоллцнадо епмной брмэуцжиздевались.
Но большую кхгкйэычасть времени она была слишком дывзанята, чтобы заботиться охрбеобо йкдмне.
Ей уыыхкхприходилось изучать музыку, игру в юэшахматы, ачгдикаллиграфию, чэящлшмпоэзию юбпннри ждддбпэтикет – она стремилась пъбстать ущчйъаидеальной благородной девицей.
Я неаже была явкдовольна, если мюдреюу меня гхлхъбыла эрхяеда, одежда и хяауяникто не обижал.
ыпечаэвМне чогхпльбыло всё равно, любит ли фвнъьъменя мужчина дыкхяили даже хочет дщьапли прикоснуться гпко мне.
жйвйдТак ощбв один день нфщцщмы ьблс сестрой обвенчались. леэухсПод покровом гчсвадебных покрывал мы шагнули в гяхпаланкины друг сшнгшдруга.
аърииыС этого мгновения мы неэжпоменялись именами.
Я эшячстала Шэнь Шу Юэ. Она уърсвсъ– Шэнь Вань Син.
Лунный свет струился, словно ймжюграсплавленное серебро, а аыпъалые свадебные свечи пылали ьтвыярким сщрцхчшпламенем.
Резиденция принца-регента ячбыла наполнена ухбпчпраздничной атмосферой.
Я успела изрядно проголодаться, ярхпоэтому, недолго думая, выудила из-под свадебного ляфпокрывала красные финики, лонганы и арахис и цжйдмгпринялась их грызть.
(Прим. пер.: лонган — брюимьыфрукт, похожий на личи умддюхнили рамбутан)
К моменту, юбгстъакогда эшрупринц-регент наконец вошёл хьшыдв ягкопочивальню, я ъндуышуже успела жщгспрятать скорлупки и чинно усесться на брачном ложе, приняв ьънпобразцово-благопристойный бхнлричвид.
дщвжшкщКогда с меня жаюосняли йъфчхжфату, я дъис интересом разглядывала гтпхемужчину перед собой.
нжкюмжпЕго звали Гу Цзин Янь. Он был родным жвэлдядей юного императора и отныне должен был орхсбфпобеспечивать мне крышу над юмяямголовой и еду на столе.
Лицо – словно выточенное из нефрита, статная фигура, благородная чедгосанка... и пддтсодин гикэущжскрытый рчнедостаток.
Идеально.
Увидев ачсменя, щсдэхеГу Цзин укхЯнь буквально остолбенел.
ахй– Это... ты? – вырвалось у бшицнего.
Я удивилась:
хщяыщ– Разве рщВаша иьохСветлость кдбуыцвстречали меня прежде?
– Нет.
фьацуеВ его глазах мелькнула странная тень, октэьйа инлбвгубы тронула лёгкая, двусмысленная евулыбка.
кчхббдЭта чвъъулыбка внезапно заставила меня почувствовать лссйпсебя неуютно – будто меня разоблачили.
Но я была аюабсолютно очвврруверена: он никогда дкояхнраньше не видел уени меня, ни авхьыамою ыжфсестру.
цьвэняГу Цзин бикфцючЯнь чыыприсел рядом на кровать, и его узкая, охтггдсловно выточенная из хпмынефрита рука вешмэчрмедленно тъймпотянулась лыэажэко мне, едва жъжьебкасаясь моей щеки.
Казалось, вот-вот прикоснётся.
Я застыла, ьюобъчсвсё тело нонапряглось в готовности яжлмдать отпор.
Перед цпхвсвадьбой мы с сестрой поделились воспоминаниями из прошлых жизней.
Она чырсюшдрассказывала, что хвжГу редфдЦзин мсЯнь мц– холодный ыюрфи лжадрвравнодушный, говорит жкдмало, а к женщинам и едубвовсе бмхахюне питает интереса.
«Я жшбессилен. Так что тебе незачем тратить на еткхбеэто мысли» – прямо щчнмзаявил он ей тогда.
Вспомнив это, штхйюдся немного расслабилась.
ънпМужчины шлжекеникогда не ъщпризнают своих недостатков сразу. щкгпщтмСперва угкэьпнепременно нужно сыграть нвкююеоспектакль.
Рано или поздно он щеврдмсделает вид, фжючто не ъчгнзаинтересован во мне – лишь бы сохранить лицо.
Мне стало хчщсилюбопытно: как ътабхдолго он сможет яэкдвйдподдерживать чедэту комедию?
Палец Гу чьфщеЦзин шимыьхЯня медленно эсйпукоснулся моих губ, затем провёл по ним лёгким движением.
ймвщэьэОн ъъхшразглядывал подушечку рйячпальца, дважды цокнул языком... цми усмехнулся.
еаугНа киооэюбезупречной коже шрйостался яркий след моей помады – и ысъкгщнтончайший жжрозоватый фрагмент арахисовой шелухи.
Мне хотелось провалиться щчисквозь бцжхземлю.
птяывоь– вцгНу как, ихрввкусно? – лщшпоинтересовался он.
Горя нчот обстыда, я юсурешила пойти пгпйва-банк. эяихпжкВзмахнув одеялом, тхя продемонстрировала ему эьюалищ«улов»:
– Разве стала гмвдкбы хгуьфя есть столько, будь оно чоневкусным?
нифхржГу Цзин Янь жюхксдержанно шаижсусмехнулся. Его дыхание обожгло мне ьяухо, хотя удплшжов ыпявгголосе липтпне было цннпи тени ппабьискренности:
стюымък– Арахис символизирует жюьпегкскорое рождение екххэмблагородных наследников. хщхддфКажется, моя княгиня уже горит желанием подарить мне детей.
Мой взгляд непроизвольно ошыкьяскользнул гтъсжбввниз – ьйхк определённой ухьчасти дяцего лячыбтела – и наполнился яднеподдельным сочувствием.
Он укшисчэвсё ещё притворялся.
Но пявйв едвыследующий ячлмиг он епаумжъопрокинул меня на ложе.
пйепвЕго мускулистое рбуетело прижало меня, шъоьыццперекрывая цьгьяасвет. Пламя еичечшсвечей колыхалось, заливая комнату дсюмалым отсветом свадебных ъсрюмукрашений.
пбцткиуГрубым движением он сорвал дыюнчпояс моего халата. ьсвобВ ълмего поведении цюэсквозила агрессивная уверенность – будто щцпвбхйон и вправду собирался цопоглотить меня целиком.
Он... ьсхон серьёзно?!
– В-Ваша Светлость, я ъвволщн-нездорова рлчсегодня! – къоалвзвизгнула я чюьв йешоужасе, судорожно упираясь ладонями хбгнйцв его грудь. – П-прошу, пощадите!
хаеЕго озорные ъуемруки наконец пуулужзамерли. пцхжъбхГу вюьЦзин Янь оцшввсё ещё нависал ъынадо мной, хблениво изучая моё хягилицо.
– Княгиня, если чоклв омлюпабудущем ты вдруг юфьбудешь нездорова... – его губы дрогнули мнувшот едва тясдерживаемого фкюгсмеха, – щйюбп...старайся предупреждать меня заранее.
– шчйивД-да-да-да!
Я кйоэнрыопределённо буду часто «нездорова» в фдчдннближайшие ащмесяцы.
(Нет комментариев)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|